Эту связь установил Вернадский

В прошлый раз я обещал рассказать, как теории великого соотечественника Владимира Вернадского третий десяток лет развивает тюменский ученый профессор Роберт Бембель в своей эфир-геосолитонной концепции (ЭГК).

Но прежде напомню сюжет, который, может, известен постоянным читателям колонки: принятую официальной наукой гипотезу движения континентов. Придумал ее немец Вегенер, разглядывая на карте очертания восточного побережья Южной Америки и Западного побережья Африки. Эврика! Да они почти стыкуются! Под эту локальную картинку придумали «теорию», а под нее – смешные механизмы движения континентов, образования гор, землетрясений и много чего другого.

Однако в ЭГК Бембеля наша планета – вовсе не нагромождение плит, а открытая система, в которой Земля обменивается с Космосом информацией, энергией и веществом. Но характер и механизм этого обмена принципиально отличаются от общепринятых. Например, вещество и энергию Земля получает из эфира Вселенной. Эту гипотезу в конце XIX века обосновал выдающийся российский ученый Иван Ярковский, а теперь ее развивает Бембель. А Земля возвращает энергию и вещество в космос через геосолитонную дегазацию и излучение. Устаревшие концепции о круговороте воды, атмосферного воздуха и других веществ заменяются новыми, более широкими: их кругооборот идет в космическом пространстве.

Отсюда вытекает и другая, по сравнению с плитниками, концепция образования континентов и гор. Бембель ссылается на одно из эмпирических обобщений Вернадского. В книге «Химическое строение биосферы Земли и её окрестностей» Владимир Иванович показал, что различия в химическом составе биосферы разных мест земной поверхности человек замечает, прежде всего, по ландшафту.

На примере Тажеранской степи, что юго-западнее Байкала, – мысль Вернадского продолжает Бембель – заметно и влияние гравитационного поля Земли. Положительная аномалия, вероятно, из-за повышенного атмосферного давления и ограниченного количества осадков создает не только сухой микроклимат среднеазиатских полупустынь, но и указывает на современную океанизацию древней континентальной земной коры. Это ярко иллюстрирует геологический блок на примере механизма формирования Байкала Глубинная протонная дегазация вертикально погружает древние геологические блоки, одновременно превращая огромные массы горных пород в озерную и морскую воду. В результате известняки, покрывающие сегодня поверхность древней платформы Тажеранской степи, в ближайшее геологическое время превратятся в дно Байкала. Озеро увеличится на площадь этих степей более чем на 1000 км2. Западная часть Байкала, так называемое Малое море, уже сегодня наступает с северо-востока и затапливает Тажеранские степи.

Тот же геосолитонный механизм протонной дегазации земного ядра, формирующий Байкал, продолжает Бембель, в мезозойское время образовал и Западно-Сибирское пресноводное море, а позднее и другие моря. «Однако геологическая история развития верхних частей континентов и дна океанов настолько различна, что приводит и к различному химическому составу континентальной и океанической земной коры», – писал Вернадский. Он показал, что «биосфера принадлежит к тем земным оболочкам, которые геологически находятся в непрерывном и разнообразном движении». Но к «эфемерным фантазиям» вроде «передвижения целых континентов в горизонтальном направлении» Вернадский относился критически.

История геологической карты суши, писал он, приводит нас к заключению, что на суше нет, кажется, ни одной точки, которая в течение геологического времени не была бы дном моря, часто даже не раз.

Вообще, Вернадский выстроил вот какую концепцию. Он выделил три основные геохимические стадии формирования вещества. Во-первых, диктат геохимических свойств, зависящих от ядер атомов. Во-вторых, миграция химических элементов: здесь лидируют геохимические свойства, зависящие от электронных оболочек устойчивых атомов. И наконец, биогенная стадия, когда доминируют геохимические свойства, связанные с устойчивыми биологическими клетками и организмами.

Вернадский считал, что в истории Земли и Вселенной эти три стадии проявляются в зависимости от совокупности физико-химических параметров состояния вещества. При сверхвысоких давлениях, сверхвысоких или сверхнизких температурах возможна исключительно первая стадия. Тогда в ядрах космических тел и вблизи них, а также в мантии и, добавляет Бембель, возможно, в осевых частях наиболее активных геосолитонов формируются ядра химических элементов.

Третья, биологическая стадия, реализуется около земной поверхности, но при весьма «изысканных» физико-химических условиях. Они есть на некоторых планетах, а на Земле – в гидросфере и нижних слоях атмосферы, где эволюционирует земная биосфера. Вероятно, это результат совместных усилий «живых» космических систем.

А вот вторая стадия – «буфер» между первой и третьей. Она реализуется главным образом в верхней мантии и земной коре, включая гидросферу и атмосферу. Там и созревают условия для биологических процессов.

Напомню, что геосолитоны – термин Бембеля. Это мощнейшие вихревые потоки из ядра Земли, уходящие в космос. В основе – опять же теория Вернадского о дегазации Земли. И, дополняет Бембель, всех других планет Солнечной системы. Ядро Земли, говорит он, – главный «поставщик» энергии и вещества для всех геосфер. Ядро играет приоритетную роль и во всех биосферных, геологических, климатических явлениях и событиях на дневной поверхности Земли.

В ЭГК Бембеля чередование водородной и неводородной дегазации Земли прямо по Вернадскому поднимает и опускает зеркало океанов. Но тогда «раздвигание» Африки и Южной Америки можно объяснить простым затоплением их берегов без каких-либо горизонтальных перемещений самих континентов.

Вернадский не был бы выдающимся ученым, если бы остановился только на процессах в земных глубинах. Он устанавливает их связь со Вселенной: «Явление метаморфизма и образование гранитной оболочки, в конце концов, является частью проявления космических сил, если так мы будем называть явление радиоактивности, и частью – последствий планетного всемирного тяготения. Следствием является совершенно новое и чуждое нам, привыкшим к биосфере, проявление свойств земного вещества. Явление метаморфизма резко меняет твердые природные химические соединения, их пространственные решетки – земное вещество».

Явление метаморфизма, образование гранитов и радиоактивных элементов внутри Земли мы, говорит Бембель, опять же объясняем дегазацией Земли по Вернадскому. Геосолитонный энергомассоперенос из земных глубин в биосферу создает благоприятные условия в геосолитонных трубках для термоядерного синтеза различных химических элементов. Осадочные породы она превращает в граниты. А гранитные пробки, в свою очередь, препятствуя геосолитонной дегазации из мантии проникать в верхнюю часть земной коры, создают условия для вертикальных тектонических движений. Последние и порождают континенты, горы и острова в океанах. Радиоактивные элементы, синтезированные в реакторах внутри гранитной оболочки в моменты землетрясений, тоже транспортируются вверх, и по геосолитонным трубкам выходят в морские бассейны. В районе Тихого океана, как и в других зонах океанизации, вероятно, имела место интенсивная водородная (горячая) дегазация. По геосолитонам она с помощью вулканизма выбросила в верхнюю часть континентальной земной коры и на ее поверхность огромные массы воды, что и привело к появлению современного Мирового океана.

Постоянно наталкиваясь на аргументированное сопротивление и не зная, как парировать, плитники очень надеялись, что только бурение дна океанов даст им «железные» факты в защиту своей гипотезы. Действительно, если океаническая кора относительно молода – это будет доказательством расширения океанского дна.

Для этого американцы затеяли внушительную экспедицию с участием советских ученых. Судно «Гломар Челленджер» оснастили специальным буровым оборудованием. К концу 1971 года пробурили около 200 скважин в различных районах Мирового океана. Сторонники мобилизма объявили на весь мир, что результаты полностью подтвердили их гипотезу – «теорию итосферных плит». Но сразу появились и сомнения.

Фокус такой, – говорит Бембель. – «Челленджер» бурил очень мелкие скважины. Надо было только показать, что на дне океана молодые базальты. В качестве модели возьму Восточную Сибирь, хотя сгодится любой район мира. По трещинам Земли идет глубинный газ, нагреваясь до тысяч, а на Солнце – до миллионов градусов. Стенки трещин плавятся, и смесь отложений, словно вода, растекается по поверхности древних пород. То же самое происходило во всех океанах. Ну а поскольку экспедиция «Челленджера» бурила только мелкие скважины – она и находила одни молодые базальты, хотя при желании могла бы в их массе обнаружить и обломки древних пород. Глубинный газ не успевал переплавлять их полностью и выбрасывал на поверхность Земли. Эти явления описаны русскими геологами.

Словом, карта океанического дна не подтверждает концепцию плитников. Не по этой ли причине карту надежно спрятали от широкой научной общественности?

Окончание следует.