КРИМИНАЛ  

ПРИ ОФОРМЛЕНИИ РАЗВОДА ЖЕНЩИНА РЕШИЛА ОТСУДИТЬ У МУЖА ДАЧУ, НЕ ПОДОЗРЕВАЯ, ЧТО ТЕМ САМЫМ ВЫНОСИТ СЕБЕ СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР... 

ЗАКОНОПОСЛУШНЫЙ ГРАЖДАНИН 

Игорь Валентинович Скоморохов, пятидесятипятилетний инженер одного из крупных тюменских предприятий, вел жизнь насыщенную и интенсивную: много и плодотворно работал, регулярно занимался спортом, активно участвовал в общественной жизни коллектива и был на прекрасном счету у руководства, о чем свидетельствовали многочисленные благодарности, занесенные в его трудовую книжку. 

По месту жительства Игорь Валентинович также зарекомендовал себя с наилучшей стороны – организовал в своем микрорайоне добровольную дружину, которая по вечерам патрулировала дворы и несла дежурство в подъездах многоэтажных домов, не давая разгуляться хулиганам и наркоманам. Однажды Скоморохов и его верные дружинники даже помогли предотвратить квартирную кражу и задержать одного из участников дерзкого преступления. В общем, был Скоморохов весьма положительным и законопослушным гражданином. 

Евгения Николаевна была второй женой Скоморохова, имела от прежнего брака взрослого сына, который служил в армии. Интересы Евгении Николаевны не были столь разносторонними, как у ее мужа, и ограничивались в основном работой и домом. Впрочем, должность главного экономиста в солидной фирме и без того отнимала немало сил, а наведение чистоты и порядка в просторной трехкомнатной квартире тоже требовали времени и физических затрат. 

БРАК НЕ БЕЗ ИЗЪЯНА 

Повторный брак обоих супругов вполне можно было назвать удачным. О счастье говорить как- то не хотелось, ибо были и в этой избушке свои погремушки: более молодую супругу Игорь Валентинович время от времени крепко (и совершенно безосновательно) ревновал, порой даже к телеграфному столбу. Потом делал вид, что пошутил, долго и неуклюже извинялся, дарил какую-нибудь приятную вещицу и успокаивался. До следующего раза. 

В числе главных пристрастий Скоморохова была его загородная дача, построенная буквально за несколько месяцев до всевозможных обвалов рубля и последующих затем бесчисленных экономических катаклизмов. На реализацию этого заветного проекта была брошена львиная доля средств из накоплений, сделанных Игорем Валентиновичем за долгие годы безупречной работы. Немало внесла и Евгения Николаевна, успевшая выгодно продать имевшиеся у нее акции известной нефтяной компании. Зато дача получилась и впрямь великолепной – очаровательный двухэтажный дом, в котором на зависть многим были большая бильярдная, просторная гостиная, уютная спальня, а во дворе разместился гараж и бил из-под земли родник с удивительно вкусной и прозрачной водой... 

Трещинка во взаимоотношениях супругов достигла размеров опасной расщелины, когда Игорь Валентинович в очередной раз приревновал жену к ее непосредственному начальнику – Федорчуку. Случилось это во время празднования какого-то юбилея в ресторане, где не в меру выпившая шампанского Евгения Николаевна неожиданно словила кураж и оказалась в центре внимания всех приглашенных мужчин. Она и впрямь была в тот сумасшедший вечер обворожительна, отличалась остроумием и женственностью, обладала притягательной и великой силой соблазна. Чаще других ее приглашал танцевать Федорчук, впервые оценив не только деловые качества своей подчиненной. 

От внимания "королевы бала" не ускользнул тот факт, что ее благоверный как-то разом потемнел лицом и безвольно сник, а рука, взявшая ее за локоть, источала категорически железную хватку. Игорь Валентинович, молча, вывел разрумянившуюся супругу на улицу и наговорил ей такого, чего раньше она ни от кого не слышала. 

Из показаний Скоморохова: "Женя выслушала меня с каменным выражением лица и заявила, что я болен, что мои мнительность и ревность выходят за всякие границы. Еще сказала, что впредь не позволит мне так со мной обращаться, как с вещью, иначе просто уйдет от меня... Не знаю, что на меня нашло, но я ударил ее ладонью по щеке". 

Домой в тот вечер Евгения Николаевна вернулась одна, на себя не похожая. Боль и обида душили до слез. Женщина пришла к мысли покончить с собой, чтобы хоть таким образом досадить мужу. И даже написала предсмертную записку, где, впрочем, просила никого в ее смерти не винить. 

Осуществить задуманное не успела. В квартиру влетел запыхавшийся ревнивец и сразу рухнул перед женой на колени, умоляя простить. В итоге, скомканную записку Евгения суетливо сунула в ящик письменного стола. Несмотря на бурно проведенную в постели ночь, на уйму извинений и нескончаемого потока ласковых слов из дрожащих губ жалкого на вид муженька, Евгения Николаевна уже утром поставила его в известность, что твердо намерена развестись. Будучи по характеру деловой и конкретной, предложила оставить за ним квартиру и машину, а дачу переписать на нее. 

Игорь Валентинович обалдел. Такой прыти от скромницы-жены он явно не ожидал. Но окончательно убедился в серьезности ее намерений, прочитав текст бракоразводного заявления, условия которого были именно такими: дачу блудная баба возжелала отсудить себе. 

А вскоре Евгения Николаевна Скоморохова пропала, будто в воду канула. 

ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ПОДОЗРЕНИЙ 

Через пару дней Игорь Валентинович с грустным видом пришел в полицию и написал заявление о загадочном исчезновении горячо любимой супруги. Объяснил, что они уже собирались разводиться и делить совместно нажитое имущество, но жена решила съездить к родственникам в соседний Екатеринбург, в чем он даже помог, отвезя ее вечером на железнодорожный вокзал. 

Еще через некоторое время работники почтового отделения обнаружили среди невостребованных писем, извлеченных из почтовых ящиков, паспорт на имя Е.Н. Скомороховой, в который была вложена собственноручная предсмертная записка. 

Казалось бы, для следствия все было предельно ясно: крайне психически не уравновешенная дамочка, стоявшая на грани развода, не выдержала накала страстей и самостоятельно свела счеты с жизнью. Но интуиция подсказывала опытному следователю, что не все в этой загадочной истории так просто. Было проведено тщательное дополнительное расследование, перед которым стояла главная задача: определить, кому именно мешала Евгения Николаевна Скоморохова. 

Вывод был однозначным: никому, кроме мужа. Кстати, предсмертную записку отдали на экспертизу, которая подтвердила, что почерк принадлежит самой Скомороховой, причем писала она не под пытками, не под угрозами, а в обычном, хотя и крайне взволнованном, состоянии. 

Отрабатывая версию о муже, приехали к Игорю Валентиновичу домой. Ничего особенного не нашли. А вот беседы с подругами, знакомыми и сослуживцами оказались полезными. Дело в том, что Евгения Николаевна всегда хорошо, по моде, одевалась. Подруги составили подробное описание ее гардероба – и почти все вещи оказались на месте. Не считая очков, без которых Евгения не могла обходиться в обыденной жизни. 

И вот тут у следователя появились основания для подозрений: Игоря Валентиновича задержали и на полном серьезе поместили в одиночную камеру. А когда утром вызвали на допрос, в воспаленных глазах солидного мужика уже прочитывался панический ужас. Впрочем, Игоря Валентиновича и прежде нельзя было отнести к разряду "крепких орешков», и к исходу вторых бессонных суток своего пребывания в изоляторе временного содержания им собственноручно было написано достаточно подробное описание того, как именно он убил родную жену. 

ХРУПКОЕ АЛИБИ 

Из показаний Игоря Валентиновича: «Моя жена Евгения крайне опрометчиво решила отсудить у меня дачу. Она, конечно, не могла не знать, что дача стоила мне нескольких напряженных лет – упорной работы, фантастически много денежных средств. Расстаться с женой я был практически готов, а вот с дачей – никогда... Мысль о том, чтобы убить жену, возникла при обнаружении предсмертной записки, которую я случайно нашел и припрятал, а затем использовал ее, чтобы обеспечить себе железное алиби... 

Когда мы с женой вместе приехали на дачу, я предложил Евгении набрать в соседнем лесочке хворосту. Прихватил топор. Жена ничего не заподозрила. Улучив момент, я дважды ударил ее топором по голове. После этого решил расчленить и уничтожить труп. На участке стояла большая металлическая бочка, куда я поместил останки жены, изрядное количество сухого хвороста, затем полил все это бензином и подпалил... Жег до самого утра. Бочка меняла цвет от ярко-красной до почти белой. В полдень я заглянул внутрь и увидел там череп, остатки костей и несколько пригоршней золы. Высыпал содержимое в ведро и закопал в яму...». 

В указанном месте действительно было обнаружено ведро с кучкой пепла, фрагменты несгоревших костей, а также оплавленные кольца и серьги. Экспертиза подтвердила, что это останки Евгении Николаевны. 

Суд признал данное убийство преднамеренным, совершенным из корыстных побуждений и приговорил Игоря Валентиновича к двенадцати годам лишения свободы. 

Все имущество убийцы – квартира, машина и пресловутая дача были конфискованы, поскольку сын Евгении Николаевны не стал на них претендовать и категорически отказался это решение комментировать. 

*Фамилии изменены 

Григорий ЗАПРУДИН