КРИМИНАЛ

НЕДОЛГОЕ ЗАТОЧЕНИЕ В КАМЕРЕ ИЗОЛЯТОРА ПРИВЕЛО МОЛОДОГО ПАРНЯ К САМОУБИЙСТВУ 

История сравнительно давняя, однако актуальности не потеряла. Ведь никто из нас не застрахован от появления в пугающей близости людей недобросовестных, а то и откровенно некомпетентных. 

К тому же сегодня мало кого удивишь сообщениями о жадных мздоимцах, жестоких насильниках и даже убийцах в погонах. На их фоне превышение сотрудниками правоохранительных органов должностных полномочий и вопиющая халатность – всего лишь невинная детская шалость. И можно ее благодушно простить, если бы в результате столь "мелких ошибок" не висела на волоске судьба или жизнь человека… 

ЧАС ПИК 

Станислав Ищенко в свои неполные тридцать пять лет имел богатый жизненный опыт: проживая в Сургуте, дважды оказывался на скамье подсудимых – за воровство и наркотики. А на тюремных нарах, как известно, поневоле взрослеешь и набираешься ума. Нередко чужого. 

Однако Ищенко, от природы в меру добрый и совестливый, деревенским дурачком себя не считал и старался повсюду обходиться содержимым своего "котелка", который подсказывал, что на свободе надо быть крайне осмотрительным и осторожным, дабы не загреметь за решетку в очередной раз. 

Поэтому, выйдя из колонии, Станислав твердо решил встать на путь исправления, начать новую жизнь – устроился работать водителем, помогал престарелой матери по хозяйству, познакомился с симпатичной женщиной и даже строил планы насчет женитьбы. 

А затем Станислав поехал из Сургута в село Вагай Тобольского района, к бабушке. Зачем именно, не объяснил даже матери. Обеспокоенная женщина каждый день звонила в Вагай, чтобы узнать, где и с кем проводит время ее сын. Наконец 18 октября бабушка сообщила, что Стасик уехал в Тобольск. С какой целью, опять же не сказал, но был в хорошем настроении, радовался тому, что свободен, как ветер. 

19 декабря командир взвода отдельной роты патрульно- постовой службы лейтенант полиции Алексей Гривин, исполняя свои должностные обязанности по охране общественного порядка, около 22 часов 45 минут проходил возле салона сотовой связи в центре Тобольска и обратил внимание на подозрительного мужчину, который, даже не озираясь вокруг, пытался открыть сначала переднюю, затем заднюю дверцы припаркованной на обочине автомашины. После нескольких неудачных попыток проникнуть внутрь транспортного средства мужичок, похоже, сдался и плавно перешел к другому, соседнему авто. 

Убедившись, что перед ним злоумышленник, готовый совершить кражу из салона автомобиля или даже угон, лейтенант Гривин задержал этого человека. Им, как вскоре выяснилось, оказался Станислав Ищенко. 

– Воруем потихоньку? – иронично спросил задержанного лейтенант. 

– Да нет, командир! – почти спокойно ответил Ищенко. – Просто поспорили с приятелем, что отечественные машины можно и ногтем открыть… Кстати, это его «шестерка». У меня открыть её ногтем, увы, не получилось. 

– А твой приятель – он где? – вкрадчиво продолжал допытываться служивый. 

– Видать, испугался чего-то и убежал, – прищурившись в темноту, грустно хохотнул Ищенко. На тротуаре смутно угадывалась ополовиненная бутылка водки. 

Через несколько минут к благополучно спасенной машине вернулся настоящий хозяин. Он был до глубины души возмущен тем обстоятельством, что какой-то хмырь хотел обокрасть его машину, а то и угнать ее. И охотно сообщил бдительному лейтенанту, что готов написать в полиции заявление. Гривин вызвал по рации автопатруль и доставил Ищенко в отдел УВД. 

В тот вечерний час дежурная часть местного УВД напоминала если не встревоженный пчелиный улей, то обменный пункт валюты в момент денежного кризиса или, как минимум, штаб революции в октябре 17-го года. Приходили и уходили какие-то люди, непрерывно звонил телефон, заполнялись какие-то бумаги, раздавались громкие голоса… Здесь каждый был маленьким винтиком сложного и не в меру суетливого механизма по обеспечению бесперебойной деятельности системы органов внутренних дел в так называемые часы пик, когда пьяницы вволю дебоширят на кухне, уличные хулиганы издеваются над прохожими, а бандиты всех мастей так и норовят кого-нибудь грубо ограбить, похотливо изнасиловать и зверски убить. 

Начальник смены, старший оперативный дежурный и его помощник были настолько заняты неотложными текущими делами, что обращаться к ним по уставу было все равно, что вести беседу с привинченной к полу табуреткой. 

Лейтенант Гривин, оценив обстановку, обратился к начальнику смены с известием, что благополучно задержал вора. Затем, не желая мешать коллегам, предложил хозяину машины присесть в коридоре за стол и написать гневное заявление. А Станислава Ищенко отвел в пустую камеру для задержанных и запер там. 

КТО ВИНОВАТ? 

Спустя еще полчаса, едва появилась возможность для передышки, начальник смены принял от лейтенанта Гривина рапорт, где тот изложил обстоятельства задержания гражданина Ищенко. 

– Парень – наш клиент, весь в наколках, – пояснил начальнику Гривин, едва сдерживая распиравшее чувство гордости за себя. – Надо бы снять его на фото и видео, может, за ним целый шлейф преступлений тянется? 

Начальник рассеянно кивнул и предложил решить этот вопрос с одним из скучающих оперов. Потом вызвал дознавателя и дал указание заняться оформлением бумаг с потерпевшим. Когда, наконец, нашлось время вплотную поработать с задержанным и помощник оперативного дежурного с металлическим лязгом открыл камеру, многие вздрогнули от увиденного. Справа от входа, в полусидячем положении, в петле из серого шарфа находился задержанный Ищенко. Другой конец шарфа был крепко привязан к металлическому косяку. 

Бросились вытаскивать парня из петли, судорожно проводить реанимационные меры. Впустую. Приехавший вскоре врач скорой помощи лишь констатировал смерть. 

Едва пришли в себя, стали разбираться, как подобное ЧП вообще могло случиться: почему Гривин взял на себя смелость поместить задержанного в камеру, но не произвел досмотр, оставив у Ищенко из предметов одежды не только шарф, но и опасную металлическую булавку, и упругий шнурок от трикотажных брюк? 

В судебном заседании свою вину в предъявленном ему обвинении Гривин категорически не признал. Он хотел доказать, что действовал по устному распоряжению начальника смены, в строгом соответствии с существующими приказами, должностными инструкциями и требованиям нормативных актов. Вполне вероятно, что именно обилие этих самых распоряжений, инструкций и прочих документов, в целесообразности которых трудно усомниться, и стало причиной того, что в них запутался не только юный командир полицейского взвода, но и более старшие офицеры. 

Государственному обвинителю, тем не менее, удалось со всей очевидностью отстоять такие факты, как недопустимость помещения задержанного в камеру сотрудником патрульно-постовой службы полиции – этим правом и обязанностью обладает лишь ответственный чин дежурной части. К тому же Гривин перестарался в одном, но явно недоработал в другом случае, когда следовало обеспечить полное изъятие у задержанного тех подозрительных предметов, которые могут быть использованы для нанесения увечий или совершения суицида. 

Трудно сказать, что толкнуло Станислава Ищенко на самоубийство. Возможно, нежелание вновь оказаться на долгие годы за колючей проволокой. Или отчаянное стремление доказать себе, что он способен на такой смелый поступок. А заодно досадить и случайному собутыльнику, так нелепо над ним подшутившему, и лейтенанту Гривину, так некстати вставшему у него на пути. Или «всем ментам назло»? 

Тобольский городской суд приговорил Алексея Гривина к двум годам лишения свободы, условно, с испытательным сроком один год. Мать покойного Станислава Ищенко получила право на удовлетворение гражданского иска по возмещению морального и материального ущерба. 

*Фамилии изменены 

* * *

КОНТРАФАКТ ИЗ ГАРАЖА 

Сотрудники экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по г. Тюмени в ходе оперативной работы в гаражном кооперативе областной столицы обнаружили контрафактную алкогольную продукцию. 

Полицейские установили, что 41-летняя тюменка, являясь индивидуальным предпринимателем, арендовала гаражные помещения для хранения контрафакта. Являясь хозяйкой двух торговых точек, женщина без труда реализовывала немаркированный алкоголь. Так, в ходе осмотра подсобных помещений торговых точек правоохранители обнаружили и изъяли еще часть контрафактной спиртосодержащей продукции. Общее количество изъятого пойла составило около 13 000 бутылок – на сумму 1 000 000 рублей. 

Как сообщили в пресс-службе УМВД России по г. Тюмени, в отношении недобросовестной предпринимательницы возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 6 статьи 171.1 Уголовного кодекса Российской Федерации «Производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками, совершенные в особо крупном размере». Санкцией статьи предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до шести лет. 

УКРАЛ ИНСТРУМЕНТЫ 

В полицию областной столицы поступило заявление от местной жительницы. Женщина пояснила, что у неё похитили строительные инструменты. 

Правоохранители установили обстоятельства случившегося. Выяснилось, что потерпевшая проживает с сожителем. Пара совместно с сыном тюменца занимается строительством дома и бани. В день преступления ранее судимый 24-летний сын сожителя беспрепятственно похитил рабочие инструменты, погрузил их в свой автомобиль, затем продал похищенное имущество, а денежные средства в размере 15 тысяч рублей оставил на предстоящую поездку. 

Подозреваемого объявили в федеральный розыск. Длительное время злоумышленник скрывался в Абатском районе, а когда вернулся в родной город, то был задержан сотрудниками патрульно-постовой службы. 

Как сообщает пресс-служба полицейского управления, по данному факту возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации «Кража». Санкция статьи предусматривает максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет. 

Григорий ЗАПРУДИН