КРИМИНАЛ 

Сантехник жилищной конторы и работник водоканала пытались проникнуть в эту квартиру, чтобы проверить батареи отопления и снять показания счетчиков воды. Из-за черной железной двери плаксивый мальчишеский голос отвечал, мол, у него нет ключей, и сам он открыть дверь не может. Озадаченные специалисты приходили к порогу этой проблемной квартиры еще несколько раз, но безрезультатно. Наконец вызвали участкового и взломали дверь… 

ЧЕЛОВЕК В ШКАФУ 

То, что они увидели, оказалось похоже на дурной сон из фильма ужасов. Обшарпанные стены в прихожей, на кухне и в ванной были вымазаны кровью, которая кое-где еще не успела окончательно засохнуть. На полу в одной из комнат обнаружили умирающую девочку лет тринадцати- четырнадцати, с ножевой раной в животе. Голый девичий труп лежал в наполненной холодной водой ванне, а волосы на голове погибшей были абсолютно седые. 

Взрослому мужику-сантехнику стало плохо, и он опрометью выскочил на улицу. Женщине, приглашенной в качестве одной из понятых, тоже сделалось дурно – ее привела в чувство лишь подоспевшая бригада «скорой помощи». Едва устоял на ногах и молоденький лейтенант полиции, он даже выронил из рук свою кожаную папку с документами и сразу вышел на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха. 

В беспорядке и хаосе квартиры царил приторно-зловещий запах, повсюду валялись предметы и вещи в бурых пятнах. Вместо подростка в квартире оказался молодой человек лет двадцати, неопрятный, с явными признаками психического заболевания: он поначалу сильно испугался внезапно вломившихся людей, спрятался от них в платяной шкаф, а когда его оттуда извлекли, стал плакать и причитать детским голосом, что мамка и сестра его бросили. Размазывал по щекам обильные слезы и тут же истерически-придурковато смеялся, тыкая грязным пальцем в незнакомых ему людей. Потом неожиданно бросился на кухню, схватил тупой консервный нож и принялся остервенело кромсать вены на своей руке. Его удалось скрутить, перевязать и защелкнуть на запястьях наручники. 

Раненую девочку срочно доставили в больницу. Перед тем как надолго потерять сознание, она все же успела прошептать следователю о том, что произошло с ней и ее подругой. 

Жене Букиной и Насте Переваловой в тот злополучный день явно не повезло. Они вышли на улицу, чтобы купить мороженое и шоколадку. По дороге в магазин им повстречалась пожилая женщина, которая вежливо попросила помочь ей донести сумки с продуктами до дома, а потом посетовала, что не может открыть дверь. 

Из показаний Насти Переваловой: «Лифт не работал, и мы поднялись на девятый этаж пешком… Тетя сказала нам спасибо, но попросила еще открыть дверь в квартиру. Я взяла у нее ключ и на удивление легко открыла замок. Тут женщина грубо, силой втолкнула нас с Женей в квартиру, сказав, что мы, наверное, устали и хотим пить, так вот – она угостит нас чаем. 

В прихожей стоял какой-то странный парень в очках, он будто нас уже поджидал. Он строго сказал, что нас якобы видели вместе с Женей Букиной на какой-то квартире, из которой пропали дорогие вещи, и сейчас придет хозяин той квартиры, чтобы нас опознать. Добавил, что если не опознает, то нас сразу отпустят…» 

Никто, разумеется, не пришел. И чаем девочек не напоили. Вместо этого пожилая женщина и, как выяснилось, ее сын отвели Настю в другую комнату, связали руки бельевой веревкой, а рот заклеили скотчем. Потом Настя слышала, как в соседней комнате что- то происходило между Женей и тем ненормальным парнем. Падали какие-то вещи, но голосов не было слышно. 

Где в это время была пожилая женщина, заманившая девочек в квартиру, Настя не знала. Окончательно обессилев от попыток освободиться от веревок, она ближе к вечеру уснула. Очнулась оттого, что чьи-то потные руки лихорадочно срывали с нее одежду. Сверху навалился мужчина и зашептал какие-то глупые слова, криво усмехаясь и угрожая страшной, мучительной смертью, если она не выполнит того, что он пожелает. 

Настя от испуга захотела в туалет, но сказать об этом не могла – рот был по-прежнему скован липкой лентой. Пронзительная боль заставила тщедушное тело забиться в судорогах, Настя потеряла сознание. 

УБИЙЦАМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ 

Александр Сорокин родился 1 марта 1999 года в маленьком поселке на границе Тюменской области с Казахстаном. В течение почти полутора лет мать-одиночка не оформляла на него свидетельство о рождении. Ребенок не наблюдался в больнице, хотя явно нуждался в медицинской помощи: мальчик страдал частыми головными болями, нередко падал в обморок, у него случались кровотечения из носа. С детства у него была прогрессирующая близорукость. Саша изрядно переживал по поводу плохого зрения, не выносил, когда над ним подшучивали или откровенно смеялись. В школе он учился ниже среднего и с превеликим трудом закончил десять классов. Стеснительный, крайне нерешительный, он панически боялся и слова сказать в присутствии одноклассников и незнакомых людей. То и дело пропускал уроки, домашних заданий не готовил. Его порой били свои же сверстники, отнимали деньги. 

«Забитого» Сашеньку всегда защищала мать – Людмила Яковлевна Сорокина. Она решительно и жестоко расправлялась с обидчиками сына – подкарауливала их в укромных местах и поначалу трепала за волосы и уши, а затем, когда пацаны заметно подросли, откровенно била по лицу и другим частям тела, в порыве ярости могла слегка придушить. 

Саша Сорокин то и дело переходил из одной тюменской школы в другую – вслед за матерью, которая устраивалась там то завхозом, то простой уборщицей. Получив-таки документы о среднем образовании, он не стал поступать ни в какое училище, но и работать тоже не захотел. Зато вскоре за банальную кражу чужого имущества его приговорили к двум годам лишения свободы – условно. А соседские ребята отметили, что у их странного ровесника возникло не менее чудное хобби – ходить на ближайшее кладбище в темное время суток, искать среди старых, провалившихся могил человеческие черепа и разбивать их в пух и прах обломками кирпича. 

Из свидетельских показаний Лидии Викторовны Самойловой, соседки: «Это была неблагополучная семья. Сожитель Сорокиной, он же отец Саши, сильно пил, однажды напился до белой горячки и повесился. Людмила Яковлевна, и без того женщина суровая, замкнутая, от общения с соседями и другими людьми практически отказалась вовсе. А Саша, когда подрос, вредил всем и повсюду: то газеты в почтовых ящиках подожжет, то в дверные замки спичек натолкает или на коврике дерьмо кошачье размажет… Включал музыку среди ночи на полную громкость. При встрече то прятал глаза, то нагло буравил насквозь и мстительно улыбался. Лично я его побаивалась…» 

В феврале 2013 года Александр Сорокин был задержан по подозрению в краже личного и государственного имущества. Однако уголовного наказания и тогда удалось избежать. Во время слушания дела в суде Сорокин стал кричать, что не хочет в тюрьму. Бился головой о металлическую решетку, об угол скамьи для подсудимых. Сидевшая в зале мать помертвела лицом и грохнулась в обморок. Пришлось вызывать врачей. Слушание дела отложили, а Сорокину назначили комплексную судебно-психиатрическую экспертизу. В заключении акта № 6284/92 стационарной экспертизы говорилось: «Испытуемый страдает душевным недугом в форме шизофрении. Нуждается в лечении. В отношении инкриминируемых ему деяний следует признать невменяемым». 

Из больницы Сорокин дважды пытался сбежать, но его каждый раз ловили и водворяли в клинику. А когда, наконец, выпустили, то вздохнули с облегчением, не зная-не ведая при этом, что главные свои «подвиги» Сорокину еще предстоит совершить. 

ПРО ЛЮБОВЬ И НЕЖНОСТЬ 

После того как в квартире Сорокиных обнаружили труп Жени Букиной и едва живую Настю Перевалову, было возбуждено уголовное дело. Сорокина поместили в следственный изолятор. Там и выяснилось, что «дурак со справкой» испытывает непреодолимую тягу к сочинению стихов. Прозвище прилипло мгновенно – Стихоплёт. 

Когда Александра привезли на следственный эксперимент в его квартиру, возле дома собралась толпа горожан, готовых разорвать его на куски. Чуть не перевернули автозак, в котором доставили убийцу. Люди кричали, что мать и сын Сорокины – это исчадие ада, поэтому их обоих надо уничтожить физически. 

Отпущенная до суда под подписку о невыезде Людмила Яковлевна вынуждена была скрываться от гнева людского на другом конце огромного города. Эта совсем дряхлая на вид старуха внутренне оказалась крепкой особой, вела себя спокойно и деловито, не говоря ничего лишнего, что могло быть использовано против нее и сына. Она подтвердила, что хитростью заманила девочек к себе домой, потому что «сын попросил привести ему каких-нибудь подружек, желательно совсем неиспорченных». А поскольку, дескать, даже к своим ровесницам Саша боялся подходить и на пушечный выстрел, выбор пал на несовершеннолетних. 

Из показаний Александра Сорокина: «Убивать никого из девочек я не хотел. Хотел только, чтобы они были со мной поласковее и позволяли делать с собой то, что я хочу… Но первая, Женя, укусила меня за палец и больно пнула ногой в пах – пришлось ее сразу убить. Вторая вообще выразила крайнее ко мне неуважение…» 

В ходе допросов стало известно, что Женя и Настя были уже не первыми жертвами Сорокиных. За пару месяцев до этого Людмила Яковлевна привела в дом молодую, бойкую девушку-студентку, пообещав ей хорошо заплатить за плотские утехи с сыном. Но денег в последний момент стало жалко, и сговорчивую девицу пришлось элементарно задушить. Людмила Яковлевна бесстрастно показала то место за гаражами, где вместе с сыном закопала тело юной блудницы. Видимо, под впечатлением совершенного убийства Александр Сорокин записал в своей рукописной книге такие строки: 

Вспоминаю снова нашу с тобой встречу, 

Как любовь и нежность нас с тобой нашла. 

Жаль, что лишь мгновенье 

Счастье было рядом – 

Ты ведь, дрянь, за деньги 

На любовь пошла! 

Из показаний Александра Сорокина: «Поначалу я иногда сам ходил на вокзал, чтобы за водку или наркотик найти себе женщину для постели. Но они все оказались какие-то подозрительные, грязные и грубые. Одна из них заразила меня гонореей. Тогда я попросил подключиться к поиску половых партнерш свою мать. Она охотно согласилась…» 

Врачи-психиатры на этот раз подвергли Сорокина еще более серьезной экспертизе и сделали вывод: несмотря на явные отклонения в сексуальном плане, в целом пациент вменяем! 

В итоге суд приговорил насильника и убийцу к восемнадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Пособница- мать проведет за решеткой долгих семь лет. Откуда, скорее всего, и отправится в мир иной, поскольку проблемы со здоровьем уже сейчас не вызывают оптимизма. 

* Фамилии изменены. 

Григорий ЗАПРУДИН