ОТВЕЧАЯ ОППОНЕНТУ 

В одном из предыдущих номеров «Тюменской правды» вышла моя заметка о нынешнем положении дел в Российских во- оружённых силах («Армия постреформенная, проблемы – прежние»), где в качестве эксперта выступил менеджер компании «ПризываНет». Понятно, всякий источник информации вносит в конечный результат свою специфику. И если бы моим собеседником был какой-нибудь работник военного комиссариата, уверен, сюжет был бы другой, более оптимистичный и бравурный. Но сотрудники «ПризываНет» видят общую картину под другим углом зрения, и речь у нас шла главным образом об армейских проблемах.

Впрочем, было вполне предсказуемо, что мой материал вызовет неоднозначную реакцию. И она последовала. В редакцию пришло письмо от подполковника запаса, ветерана Вооружённых сил Г.Ю. Дубровина («Вы с кем, уважаемая редакция?», № 1 за 2022 год). В своём ответе ветеран много и пространно пишет о патриотизме, воспитательной роли Вооружённых сил и о том, что только призывная армия спасёт Отечество. 

Я не имею чести быть лично знакомым со своим критиком, но могу предположить, что он человек уважаемого возраста, выросший и большую часть жизни проживший в СССР – стране с очень своеобразным пониманием патриотизма. Советских людей всю жизнь, с самого красногалстучного детства, учили, что патриотизм и степень любви к Родине в значительной степени измеряются боеспособностью армии, количеством танков, мощностью ядерных бомб и площадями присоединённых территорий. 

К счастью, идеократия и милитаризм как основа воспитания подрастающего поколения канули в Лету, и сегодня для молодых россиян en masse показатель патриотизма – это не год, проведённый в казарме, и даже не то, что «у нас самая сильная армия, и нас все боятся», а благополучие своих семей и близких, здоровые и обеспеченные родители, счастливые дети… Если в России будет лучшее в мире здравоохранение и образование, а также достойные зарплаты, пенсии и социальная справедливость, то, поверьте, чувство гордости за свою страну достигнет небывалых высот. И произойдёт это само собой, так что патриотизм не надо будет специально воспитывать и насаждать при помощи государственных органов и специально обученных людей. 

Теперь что касается непосредственно армейской службы. Мой оппонент прав, лично меня срочная служба миновала. Но это отнюдь не значит, что я ничего про неё не знаю. Наслышан, и даже весьма, от многих своих ровесников. И почти все они отзывались о «юности в сапогах»» и двух годах, проведённых в казармах, не очень лестно. А некоторые не вернулись оттуда совсем. 

В параллельном классе учился парень по имени Дима – кондовый такой советский «орлёнок», руководствовавшийся ходульными максимами: «Армия – школа жизни», «Кто не служил – тот не мужик» и тому подобным фольклором. После школы он первым делом отправился служить, а недолгое время спустя пришла весть: Дима повесился в воинской части. Естественно, возникли вопросы: как это здоровый, уравновешенный молодой человек – и вдруг молча ушел из жизни, почему? А кто теперь может знать, развели руками командиры. Наверное, не выдержал тягот воинской службы, слабак оказался. Никто из знавших Диму поверить в такое, конечно, не мог. Но концов так и не нашли. Да и, как я подозреваю, не особо искали. «Матери ещё нарожают». И подобных случаев тогда было множество. 

Кто-нибудь скажет: ну это ведь было давно, в «лихих» девяностых, а сейчас и срок службы сократили до года, и условия в армии совершенно другие. Хорошо, тогда вот пример из самых что ни на есть наших дней – история земляка, рядового Рамиля Шайсутдинова, расстрелявшего на почве неуставных отношений восьмерых сослуживцев. 

«Армия учит самостоятельности, умению принимать решения, дисциплинирует человека, учит его вести себя в коллективе, постоять за себя и своего товарища, развивает физически, даёт практические знания и навыки», – пишет в своём письме Г.Ю. Дубровин. Что-то подобное рассказывал Рамилю его отец, Салим Шайсутдинов. «Я ему всю жизнь говорил, что у нас хорошая армия. Что служить должен каждый мужчина. Что офицеры к солдатам всегда относятся по-отечески», – вспоминал потом он. 

В результате подобных напутствий некоторые особенно простодушные призывники искренне считают, что воинская часть – это что-то наподобие роты мушкетёров капитана де Тревиля. И оттого сталкиваться с реальностью и прозой жизни им бывает особенно больно. Как, например, Рамилю. Результат – восемь трупов офицеров и старослужащих, а сам бывший солдат отбывает огромный тюремный срок. 

«В тот день они пообещали меня опустить. Так и сказали, предупредили, что типа изнасилуют, – рассказывал Рамиль на допросах. – Лейтенант в тот день мне сказал, что всё, понимаешь, всё будет. Всех молодых других до меня уже опускали, я знаю. А в этот вечер, значит, моя очередь, мне деваться некуда было, что мне было делать?» 

Заметьте – «опускали» всех, а взбунтовался он один. Думаю, по одному этому признаку можно составить представление о масштабах явления. И какая часть «айсберга» остаётся подводной и невидимой со стороны. 

«Правозащитница» Флера Салиховская потом сказала по этому поводу, что ничего не поделаешь, «мужская компания регулируется своими правилами жизни». Так стоит ли удивляться и сокрушаться, что молодые люди не очень охотно идут в место, где порой бытуют такие представления о «правилах мужской компании». 

Флера Салиховская абсолютно права в одном – призывная армия просто по своей природе не может существовать без дедовщины и насилия. Это закон природы. Наука этология, изучающая инстинктивные, унаследованные от животного мира, подсознательные программы, которыми мы руководствуемся в личной и социальной жизни, утверждает, что в любом мужском коллективе всегда быстро выстраивается пирамидальная иерархия со своими «альфами», «бетами» и «омегами» – «паханами», «мужиками» и «шестёрками». Мой оппонент правильно подметил, что это касается и детских садов, и школ, и даже офисов. Но в гражданских коллективах подобные явления хорошо контролируются, а их крайние проявления успешно пресекаются, на том и стоит человеческая цивилизация. А вот в замкнутых и закрытых социумах, таких, как армейская казарма или тюремная камера, пресекать получается далеко не всегда. Так уж исторически сложилось, в силу многих причин. 

Так что я не могу не согласиться с менеджером «ПризываНет»: единственное противоядие от неуставных отношений – полный перевод армии на профессиональную, контрактную основу. Тем более что времена изменились, и войны толпа на толпу давно ушли в прошлое. Ныне всё решают технологии и профессионализм. Чем войска профессиональнее – тем они боеспособнее и лучше. 

И напоследок отвечу на ещё один критический выпад оппонента – о помянутой в моём очерке Елани. Г.Ю. Дубровин пишет: «Автор вспоминает Еланский учебный центр, который, по его словам, славится убийствами и самоубийствами. Откуда у него информация, если он говорит, что этот коэффициент засекретили? Догадки, чтобы опорочить армию? Почему автор не вспоминает, что именно в Еланском учебном центре в 1996 году солдаты по призыву одной из частей, тогда ещё Уральского военного округа, обставили приглашённых на соревнование американских спецназовцев-контрактников?» 

Нет, никаких догадок и домыслов, только факты и ничего, кроме фактов. Информацией о положении дел в Еланском центре полны региональные и даже федеральные СМИ. Чтобы не быть голословным, процитирую информационное агентство «URA. RU», которое в своей публикации от 3 августа 2017 года без обиняков назвало Еланский учебный центр «самой отмороженной военной частью в России». 

«В учебный центр под Екатеринбургом приезжают новобранцы со всего ЦВО. Здесь и происходит самая жесть, которую только можно представить в армии, – пишет информационный портал. – Практически каждый год его сотрясают скандалы: выступают армейцы, летят погоны. Даже известных ЧП не пересчитать – они происходят с 90-х… В 90-е годы и в начале двухтысячных из Елани постоянно приходили новости о случаях дедовщины или массовых заболеваниях солдат. Если происходили вспышки пневмонии или отравления, то, как правило, речь шла о сотнях человек. Одним из последних (на момент выхода публикации – Р. Б.) громких скандалов, связанных с Еланью, стала смерть солдата из Челябинской области Руслана Айдерханова. Его тело было найдено 3 сентября 2011 года за территорией военного городка на дереве. Военные утверждали, что парень покончил с собой, доказательством чего служит странгуляционная борозда на шее (как при повешении). Однако родители, вскрывшие гроб дома, обнаружили на теле сына множественные гематомы и раны. Тем не менее следствие признаков преступления не нашло». 

Летом 2016 года в Елани едва не вспыхнула эпидемия из-за огромного количества мух после того, как в посёлке перестали выво- зить мусор. А после массовой поножовщины с участием ста шестидесяти военнослужащих, случившейся в 2017 году, военный обозреватель, полковник Александр Жилин предлагал вообще расформировать часть. 

«Бывший муж служил там в начале 80-х, было то же самое. Так что это даже не с 90-х началось», – комментирует публикацию читательница Ольга. 

Что же касается соревнований с американцами в 1996 году – я совершенно не понял, какое отношение они имеют к обсуждаемой проблеме? Разве выигрыш в спортивных состязаниях у заокеанских спецназовцев как-то опровергает данные о неуставных отношениях в части? Погибшие от дедовщины в результате этой победы, к сожалению, не воскресли. 

НА СНИМКЕ: советский антивоенный плакат. 

Роман БЕЛОУСОВ