ВОПРОС РЕБРОМ 

Трагедия на Боровской птицефабрике – птичий грипп, уничтоживший всё поголовье и лишивший работы более полутора тысяч человек, – эхом прокатилась по городам и весям не только Тюменской области. Её тяжелый набат должен был ещё долго будоражить головы местных природоохранных и многих административных органов в поисках причины заноса инфекции и путей её скорейшей ликвидации.

Но как только погасли костры без вины убиенной птицы, наступило непонятное затишье. Может, это связано с тем, что в коридорах АПК появилось мнение (весьма уверенное), что через 90 дней фабрика начнёт "новую" жизнь? Так что "распрягайте, хлопцы, коней...» Но так ли всё радужно на самом деле? 

В первых числах декабря прошлого года я обратился за разъяснением ситуации в областное управление ветеринарии и Россельхознадзор. Хотелось узнать о результатах анализов той помётной свалки, что в полутора километрах от посёлка. Помёт, как известно, является главным источником заражения и переноса инфекции, в данном случае птичьего гриппа. 

В управлении ветеринарии мне ответили: полномочий для организации расследования у них нет («это не наш регламент»), как и средств на такие цели. Хотя чуть раньше, в ноябре, корреспонденту "Ura.ru" было заявлено, что управление не нашло нарушений, которые могли бы привести к заносу птичьего гриппа на Боровскую птицефабрику. Специалисты не знают, как вирус попал на производство – "вероятные источники и факторы возбудителя болезни не определены". 

Если это так, как утверждают в управлении ветеринарии, то можно ли "запрягать лошадей» в новую дорогу, не зная, что ждёт на этом пути? 

Так же скромно ушли от ответа в Россельхознадзоре: не имеют, дескать, они права на проведение исследований помёта. А вот ответ тем же СМИ стоит отметить: 

«… фактором заноса вируса мог быть недостаточный уровень биологической защиты и грубые нарушения самой фабрикой, в которых её уличали не единожды: ненадлежащее ограждение, въезд постороннего транспорта, пересечение "грязных и чистых дорог", нарушение целостности помётохранилища. Кроме того, помёт птицефабрики складировался на полях вблизи водоёмов (озеро Кирчим) с водоплавающей дикой птицей – основным источником птичьего гриппа». 

Ещё больше усугублял обстановку постоянный контакт с автомагистралью республиканского значения, что в двухстах метрах от комплекса, по которой ежесуточно проходят тысячи фур и других машин. Хуже того, до двух километров по ней туда и обратно со свалки "катятся" колёса тракторов и помётных прицепов. Вряд ли они подвергались серьёзной дезобработке, даже когда стало известно о гриппе в соседних районах. 

Правила СанПиНа и СНиПа требуют прервать эту воздушно- транспортную связь между озером, пометохранилищем и вновь построенным комплексом двухмиллионного поголовья птицы. О чём неоднократно отмечалось в решениях Комиссии по экологии Общественной палаты области. 

Однако руководство фабрики и Совет директоров не вняли требованиям Федерального закона (ФЗ-219, вступившего в силу с 1 января 2019 года), запрещающего вывоз помёта с территории фабрики в необработанном виде. Почему бы не прибегнуть к его компостированию, как это делают другие предприятия. Вот уже 10 лет компост получают на птицефабрике "Роскар" Ленинградской области, на "Биофлорексе" Воронежской области, а ещё в нескольких – даже гранулированный. Правда, осуществляют этот процесс в основном в тёплое время года, а вот в Новгородской области – уже круглогодично. Здесь построили завод с участием японцев и по их технологии стоимостью 250 млн руб., который перерабатывает до 100 тонн помёта в сутки. 

Дорого? Да! Зато мило! А чтобы было дешевле, аналогичные модули нужно строить самим, по нашей технологии. Например, той, в основу которой положен научный труд доктора сельскохозяйственных наук В.П. Лысенко Он дал производству судьбоносное уравнение: СаSО4 + 2Н2О+NН3 = Са(ОН)2 + (NН4)2SО4. 

Если проще, то, добавив 30-40 кг фосмуки в тонну помёта, можно получить дополнительные компоненты к органике – гидратную известь и аммиачную селитру, что будет только плюсом для наших кислых почв. Самое главное: во время реакции аммиачный азот преобразуется в аммонийный, который лучше усваивается растениями, и, что весьма ценно, запах аммиака локализуется. 

Фишка в том, что нужно найти практическое решение внесения дозы фосмуки в свежий помёт, что невозможно сделать в условиях институтов. Подобное осуществимо только на производстве. Для этого нужны КБ и экспериментальный цех, как было на той же Боровской в старые добрые времена. 

Будущая технология отличается новизной и подлежит патентованию с приоритетом Тюменской области. Вот где поле для инвестиций, получения высоких доходов и валютной прибыли! По нашим подсчетам, не менее 90 млн долларов в год. 

Кроме того, из гранул органики можно получать биоэтанол (спирт) – незаменимый компонент для хороших бензинов, что с успехом делают в Европе; удобрения для виноградников и цитрусовых плантаций и многое другое. 

Но всё это было проигнорировано. Не нашлось ни времени, ни желания ни в одном профильном департаменте, ни у представителей органов публичной власти, чтобы рассмотреть наши деловые предложения. Судя по всему, и сейчас продолжается та же политика, о ней в народе говорят: "Опять на те же грабли". 

Но дальше – больше. 22 июня в Интернете появилось сообщение специалистов "Россельхознадзора", что в пробах грунта вблизи посёлка Боровский выявлен чрезвычайно высокий уровень микробиологических показателей, таких, как кишечная палочка энтерококк, нитраты и много чего другого, не менее опасного. Причина загрязнения – опять же помёт, те самые сотни тысяч тонн указанной выше свалки. А рядом новый комплекс из десяти птичников с поголовьем в два миллиона несушек, отравляющий (да ещё и по розе ветров) не только воздушный бассейн в километре от посёлка, но и поверхностные грунтовые воды, которые питают водозаборные скважины, снабжающие водой не только производство фабрики, но и жителей большого посёлка. Кто может дать гарантию, что эти "палочки" и другая зараза не проникнет в водоносы и не случится катастрофа, пагубная и для фабрики, и для населения? 

Поэтому, решая вопрос внутрифабричной круглогодичной переработки помёта на основной площадке, для которой потребуется дополнительное тепло (подать его можно будет от ТЭЦ-2, от тех же градирен), параллельно с теплотрассой для надёжности необходимо проложить нитку водопровода. 

Что касается возобновления работы этого комплекса, первым встретившимся с вирусом, то это большой вопрос. По мнению специалистов, его место – за посёлком Богандинский (не исключается и площадка индустриального парка, к которому достаточно близко подходят сельскохозяйственные земли Ялуторовского и Исетского районов), где есть исключительная промышленная площадка для переработки уже готовых компостов. Она имеет уникальный железнодорожный тупик, с которого можно будет отправлять в день 800-1000 тонн гранулированных удобрений. А это 12-15 вагонов ежесуточно, что соответствует экспортным поставкам. 

Здесь есть прирельсовые склады, вся социальная инфраструктура, сотни безработных рук… Это единственный вариант решения не только помётной проблемы для наших трёх фабрик, но и самого их существования в будущем. 

И, наконец, частичная передислокация производства Боровской поможет рассредоточить концентрацию птицы на одной площадке таким образом, как это принято на крупных фабриках Южная, Братцевская и других, имеющих по 5-6 отделений. 

Чтобы занять работой сотнюдругую сотрудников фабрики (с учётом переезда части производства), следует запустить четыре четырехэтажных птичника, ныне непростительно забытых. Надо только заменить оборудование (на клетки для молодняка) – и можно ежегодно выращивать три миллиона суточных петушков, что даст до 5 000 тонн мяса. А дополнительные тепло и вода от ТЭЦ-2 помогут ускорить запуск. 

Что же касается "злополучной" площадки c десятью корпусами бывших птичников, то их выгодно продать какой-нибудь южнокорейской фирме по сборке автомобилей. Вырученных средств должно быть достаточно, чтобы в кратчайшие сроки (полтора-два года) перенести производство с современным оборудованием в новое место, одновременно выполнив требования Федерального закона № 219. Овчинка выделки стоит. Одновременно будет решён вопрос с помётом. И не только. Поэтому нужно всё хорошо продумать и взвесить. 

Необходимо в ближайшее время решать организационно- технический вопрос – создание специализированного предприятия по глубокой переработке отходов птицефабрик (помёт, петушки). С любой формой собственности, с общим офисом (с тем же КБ) применительно к Боровской, с единым экспортно-правовым отделом, с выделением серьёзных финансовых средств, в том числе кредитов под 1-2 процента годовых. А также сделать обязательным участие в столь важном государственном деле всех причастных к этому вопросу ведомств. 

НА СНИМКАХ: хохлатки; огромное поле загрязнено куриным помётом. 

Иван НАЛИВАЙКО, член коллегии экологов Общественного совета г. Тюмени, главный инженер Боровской птицефабрики в 70-е годы