БОЛЕВАЯ ТОЧКА 

Меня всегда приводил в недоумение популярный среди тех, кому сейчас за сорок, мем: «Не служил – не мужик». С чего это вдруг – «не мужик»?

Потому, что человек в своё время не «летал» по казарме и не стирал «дедам» портянки? Или потому, что его не били со всей дури табуретом по мягкому месту, производя из «салаг» в «черпаки»? Видимо, по мнению доморощенных брутальных мачо, посвящение в «настоящие мужики» происходит исключительно через круговращение унижений и побоев, принимаемых новобранцами на первом году службы и, в свою очередь, причиняемых на втором? Ведь всё перечисленное, деликатно именуемое неуставными отношениями, имело место и процветало в восьмидесятых- девяностых годах прошлого века тотально, во всех российских воинских частях, за очень редким исключением полностью «уставных». Стремиться в них могли лишь люди либо безоглядно верящие пропаганде, либо безрассудно храбрые. Большинство мои ровесников к этим категориям не принадлежали, потому «откосить» от такой службы у «продвинутой» части молодёжи считалось делом чести. Даже афоризм такой бытовал: «Армия – школа жизни, но лучше пройти её заочно». 

К счастью, те тёмные времена давно канули в Лету, срок службы в армии сократили с двух лет до одного, а сама она сейчас слывёт вполне цивилизованным местом. Но проблемы, тем не менее, остались. О чём красноречиво свидетельствует популярность таких центров, как «ПризываНет», специализирующихся, как явствует из самого названия, на законном (сотрудники подчёркивают это особо) освобождении клиентов от призыва в ВС. 

С какими же проблемами сталкиваются современные призывники и солдаты? Менеджер тюменского отделения «ПризываНет» Константин считает, что в числе главных – по-прежнему дедовщина, пусть и принявшая более мягкие формы по сравнению с восьмидесятыми-девяностыми. 

Да, с сокращением срока службы армейские «сословия» и «касты» в казармах стали не столь ярко выражены, но против природы не пойдёшь – в любом замкнутом сообществе молодых людей неизбежно выстраиваются иерархии, основанные на насилии. И сейчас так же, как и встарь, существуют «духи» и «дембеля». Так что ничего такого уж принципиально нового в неуставных отношениях армейские реформы не принесли. 

Один из самых ярких примеров – Еланский учебный центр в Свердловской области (кстати, крупнейший в России), славящийся на всю страну так называемым «коэффициентом небоевых потерь», иными словами – убийств и самоубийств. Точнее, славившийся в прошлом. В настоящее время ничего не изменилось, но этот коэффициент засекретили. 

Не меньшей армейской проблемой, чем дедовщина, являются землячества, когда военнослужащие, призванные из одной местности (в особенности это касается уроженцев северокавказских республик), сплачиваются и начинают терроризировать окружающих. Дело усугубляется ещё культурными различиями и особенностями – все мы жители одного государства, но усреднённый житель, например, Петербурга психологически и культурологически очень сильно отличается от такого же усреднённого жителя Махачкалы. А это порождает непонимание, особенно в таких замкнутых коллективах, каким является казарма. К сожалению, в большинстве случаев с явлением «борются» одним способом – замалчиванием. 

Но взаимоотношениями солдат-срочников между собой служба не ограничивается. Есть ещё вышестоящие – прапорщики и офицеры. 

– Обращение с солдатами офицеров тоже часто оставляет желать лучшего, – рассказывает Константин. – Не далее как вчера я был на железнодорожном вокзале, и увидел, как сопровождающий погоняет колонну новобранцев: «Ну, чё, телята, тележитесь! А ну вперёд»! И далее в таком же духе. Задача такого обращения – психологически сломать молодого человека, сразу продемонстрировать, что он в этой структуре – бесправное пусто место. Телёнок. 

О многом говорит даже то, как называют офицера, приезжающего из воинской части на призывные пункты за пополнением. «Покупатель». А солдат, стало быть – товар. 

Естественно, от длительного пребывания в такой среде многие «ломаются», социально деградируют и приобретают не самые лучшие черты характера. Уходящий в армию начитанный и мечтательный юноша через год нередко возвращается грубым мужланом, изъясняющимся многоэтажным матом. Может, у наших патриотов армейской службы это и называется «возмужать» и «пройти школу жизни»? 

– Кроме того, годовой перерыв зачастую сказывается не лучшим образом на профессиональных навыках и замедляет социальный рост, – добавляет Константин. – Может быть, какой-нибудь молодой ай-ти специалист за этот год создал и развил бы собственный стартап, но вынужден потерять его, а потом начинать всё с нуля. 

Зачастую большой проблемой в армии являются непосильные физические нагрузки. Прошли времена бравых советских краснощёких колхозников, нынешний призывник больше привык не к лопате, а к компьютерной мыши и смартфону. А спортивные секции сейчас стали платными и не каждому по карману. 

– Из каких побуждений чаще всего обращаются к вам ваши клиенты? – спрашиваю я Константина. 

– Причины бывают самые разные, у каждого она своя. Кто-то не хочет оставлять любимую девушку, кто-то не может бросить больную мать, кто-то хочет зарабатывать деньги, ещё кто-то – срочно осуществлять свою мечту… И почти все – просто не желают военной дисциплины, принуждения и муштры. 

– Какие вы, как специалист, видите способы решения перечисленных проблем? 

– По-настоящему действенный способ может быть только один – полностью профессиональная армия. В рамках же существующей призывной системы они не могут быть решены до конца просто потому, что органично из неё вытекают. 

Роман БЕЛОУСОВ