БЫВАЕТ И ТАК 

Вася сбежал с последнего урока, чтобы забрать из садика пятилетнюю сестренку Аленку – отец приболел, а маме было недосуг, она выскочила из дому с Тишкой и, прогуливаясь с дворнягой, с тревогой ожидала детей. Наконец-то появились девятилетний сын и дочка. 

– Господи! Вася, забирай собаку – и домой. Папа пока спит. Как проснется, покормите его. На столе кастрюлька с кашей, а я – в аптеку. Да, вот еще! Каша сварена на воде, не забудьте добавить масла. Папа болеет, пусть немного посидит на диете. 

Как только дети пришли домой, Тишка, рыча, словно тигр, быстро залетел к хозяину в комнату и улегся возле его кресла, показывая всем своим видом, что он «помер». Девочка, раздевшись, на цыпочках подошла к отцу и тихонько погладила его по руке, а «фулигану» (так она звала пса) погрозила пальчиком. 

Васенька в это время кашеварил на кухне. Открыл кастрюлю, попробовал: 

– Фу! Преснятина! Аленка, что делать? 

– Тетя вон там, – она показала на телевизор, – сказала, что в кашку надо красненький перчик потереть, – посоветовала девчушка повару. 

– Молодец! Это же витамины! – похвалил брат сестренку.

Быстро достал стручок перца и опустил его в кашу. 

– Иди к папе, – обратился он к сестренке, – и посмотри, не холодно ли ему. Накрой его чем- нибудь, а я здесь сам управлюсь, не мешай. 

Довольная стрекоза, так звала девочку мать, полетела в комнату, где спал отец. Тот чуть-чуть похрапывал, от этого его пушистые усы колыхались. Алена сначала решила «утеплить» папку. Достала большой детский чепчик и напялила ему на голову. На пальцы рук натянула свои варежки, на ноги – носки брата. 

За всей этой «экзекуцией» наблюдал Тишка. Он бесшумно подполз к мучительнице хозяина и решил гавкнуть для порядку. А потом взял да и цапнул легонько баловницу за попку и потащил прочь от дивана. 

Та, сопротивляясь насилию и боясь разбудить отца, тапком лупила «фулигана». В коридоре их поджидал повар с веником. Увидев его, друг человека взвизгнул и, увертываясь от ударов, влетел в детскую, где и заполз под кровать. 

Аленка взяла в зале одеяло и вернулась в комнату отца. Накрывая больного, задела усы. Тот чихнул, но не проснулся. Видимо, от принятых лекарств спал, как убитый. 

Без смеха в этот момент нельзя было смотреть на Ивана. В чепчике с кружевами, руки в детских варежках сложены на груди, из-под одеяла торчат ноги в разных носках. Ну, прямо картина маслом! 

А на кухне повар отчитался сестре: 

– Смотри, какая каша красивая! Я порезал туда яблоко, банан и грушу. И красного перчика положил для вкуса. Теперь можно есть. 

Аленка пожаловалась брату: 

– Вася, ведь папка болеет, а усы ему мешают выздоравливать! Он все пчухает и пчухает, можно, я чуть-чуть их порежу? 

– Я тебе порежу! Усы папа ножницами стрижет, но делает это редко. Мой руки, будем обедать. 

Сестренка сделала вид, что идет умываться, а сама быстро зашла в зал. Взяла мамины маникюрные ножницы – и к отцу. Тот уже употел весь от заботы дочери, но просыпаться желания у него не было. Девчушка наклонилась к разгоряченному папиному лицу и без страха чихнула. Враз отлетела половина левого уса. Больной проснулся. Обняв дочку, чмокнул ее в щечку. А тут и Вася подоспел с кашей. Увидев, что наделала сестра, аж в лице изменился, но сделать что-то было уже поздно. 

Отец взял ложку, зачерпнул из тарелки и чуть не поперхнулся. Вскочил и заблажил на весь дом: 

– Ой, ой! Воды скорее, воды! 

Дети, не понимая, что с ним, метались по комнате в поисках графина с водой. Тишка от греха подальше залез под стол. 

Иван задыхался, во рту все горело. Он залетел в кухню и, увидев Тишкину чашку, стал взахлеб из нее пить. Барбос не согласился с ним и рыкнул, но хозяин показал ему кулак. 

Охладив внутренности, отец, не понимая от стресса, что делает, надел себе на голову собачью чеплашку. И тут звонок. Вася открыл дверь маме. Та с порога поняла: что-то не так. Сын впопыхах ввел ее в курс дела. Когда Ольга зашла на кухню и увидела мужа, то чуть дара речи не лишилась. Ее Иванушка сидел на полу и вытирал дочери слезы. Он походил на Змея Горыныча! В чепчике, с чеплашкой на голове… слева торчит половина уса. Правая рука в варежке, на пальцах левой ноги носок. 

Ольга и Иван посмотрели друг на друга… и захохотали. Дети недоуменно смотрели на родителей. Насмеявшись, жена сказала супругу: 

– Ну что, дорогой, посидел на диете? Вижу, красный перчик излечил тебя! 

Татьяна ГРАНТ