АКВАКУЛЬТУРА  

В прошлом году в области вырастили и выловили 3347 тонн рыбы. Говорят, хорошо поработали Сладковский и Казанский рыбхозы с результатом 1,5 тыс. и 1,2 тыс. т, поставившие основной объем продукции с голубых нив. Однако в целом в регионе повторили результат предыдущего года. И в нынешнем сезоне существенного роста не намечается. Из-за больших капиталовложений остается незначительным и вклад искусственного выращивания в установках замкнутого водоснабжения, в бассейнах индустриального рыбоводства, в основном элитных видов рыб для очень обеспеченных людей. И что же, названные объемы продукции рыбоводства являются пределом для тюменцев? Мы ведь не удовлетворили потребности населения в доступной по цене рыбы. 

В феврале, накануне массового замора (из-за критического содержания кислорода в воде) наши рыбхозы производили активный облов арендуемых озер. Вот на экране видим, как бригада Сладковского рыбхоза вытягивает из-подо льда озера Большой Куртал почти километровый невод с карасем, карпом, судаком, окунем и редким щекуром. Бригадир сообщает: есть план заселить в озеро иную рыбу. Например, нельму, чтобы бороться с верховкой – сорной и вредной рыбешкой, сотни миллионов которой не только подрывают пищевую базу для других обитателей, но и поедают чужую икру, могут справиться даже с мелкими личинками посадочного материала. Судак с окунем, правда, тоже уничтожают верховку, если выживут в наступающие заморы – такая же судьба ждет и предполагаемую нельму в Большом Куртале. 

А вот сообщение из Армизонского района, который называют краем 300 озер. Там тоже шел подледный лов, но в неводах по большей части караси. Не значит ли это, что рекомендации науки по внедрению поликультуры в пастбищное (озерное) рыбоводство здесь выполнять не собираются? И вообще, как нам дальше развивать пастбищное рыбоводство? 

Посмотрим на Китай. В этой стране, лидирующей на планете по товарному выращиванию рыбы, очень много государственных рыбопитомников, которые работают в тесной связке с наукой. В соответствии с ее рекомендациями жизнестойкий посадочный материал весной развозится по нагульным хозяйствам. Предприниматели выращивают приобретенную на льготных условиях молодь и только пятую часть улова сдают по государственным ценам в школы, детские сады, больницы, тюрьмы… Остальное уходит на рынок. Все это происходит при строгой отчетности, чего у нас в товарном рыбоводстве никогда не было. 

Китайское рыбоводство выстрадано тысячелетиями. Тем не менее, схема там очень простая, основанная на поликультуре. Белый амур поедает траву и водоросли (на один килограмм привеса ему необходимо пропустить через себя 40 кг растительности). Отходы от транзита этой массы в рыбе превращаются в удобрение, богатое микроорганизмами. В водоеме создается пищевая цепь. Толстолобик, поглощая фитопланктон, очищает акваторию от зелени. Карп разрыхляет ил в поисках зообентоса… И так далее. В прудах и озерах Поднебесной рыбы кормят сами себя. Но ведь и в сибирских условиях при грамотном расселении поликультуры водный гектар способен давать от 200 до 400 кг рыбы, тогда как аборигенные (карась и окунь) – в десятки раз меньше. Выгода двойная – поддерживаем долголетие водоемов и получаем качественную товарную рыбу. 

Ресурсы водной растительности, фитопланктона, детрита (озерный ил, состоящий из омертвевшего органического вещества) исчисляются у нас миллионами тонн. Это самовоспроизводимая и весьма щедрая кормовая база для производства тысяч тонн доступной по цене рыбы. Увы, в наших водоемах потребляется лишь зоопланктон, представленный мелкими рачками и другой водной живностью, да и то, по мнению ученых, в арендованных тюменских озерах он используется только на 15 процентов. 

Нынче в сетях рыбхозов не замечено белого амура. А ведь еще в конце 70-х Сибрыбниипроект, проводя эксперимент на озере Чебачье Казанского района, уже на второй год нагула зафиксировал, что мягкая водная растительность в этом незаморном озере исчезла. Эрдесты, роголистники, другие растения и водоросли, именуемые термином «макрофиты», были съедены подрастающим белым амуром. Не случайно этого обитателя называют биологическим мелиоратором. На озере Кучак (принадлежит Тюменскому рыбхозу) за счет водной растительности навеска на особь составляла 1-1,5 килограмма в год. 

Фитопланктон и детрит поедает только белый толстолобик. Этой рыбы, к сожалению, нет в тюменских водоемах. Двухкилограммовых особей везут к нам из южных областей России. Но ведь и наши рыбоводы могли им успешно торговать, реализуя не по цене отборной свинины, а вдвое ниже. Кстати сказать, из толстолобика и белого амура получаются вкусные пельмени и котлеты. 

Есть у нас проблемы и с расходованием зообентоса – разных видов донной живности (моллюсков, червячков, включая личинок комара-звонца). Небольшие стада карпа этот корм не выбирают. Воспользоваться им мог бы сиговый пелчир – гибрид пеляди и чира. От чира (щекура) он унаследовал предпочтения зообентоса, а от пеляди – зоопланктона. Молодь пелчира вырастает до товарных размеров в полтора-два раза быстрее пеляди. Знай, лови! 

Однако проблема заселения водоемоев поликультурой связана у нас с недостатком или полным отсутствием посадочного материала. В Тюменской области до сих пор нет ни одного питомника по искусственному воспроизведению растительноядных рыб того же белого амура и белого толстолобика. Природа готова отдать ресурсы. Нужен посадочный материал! На одних сигах, которые поедают только зоопланктон, далеко не уедешь. 

Опять же обратимся к Китаю. Там потребность в посадочном материале с помощью ученых определяют администрации уездов. Затем на основе заявок гарантированно обеспечивают предпринимателей молодью разных рыб. Мы же в России убеждены, что сия функция возложена на федеральное агентство по рыбоводству. Так действительно было в советское время и первые годы существования обновленной России. По совету ученых- ихтиологов, первый президент запретил приватизацию рыбопитомников. Однако про это табу забыли. Многие рыбопитомники за копейки были проданы и отошли к новым собственникам вместе с пробуренными в советское время скважинами с геотермальной водой. Впрочем, при желании интенсивно развивать региональную рыбохозяйственную отрасль, можно было б обязать их содержать маточные стада. 

Федеральное агентство по рыболовству должно было наследовать задачи Министерств рыбного хозяйства СССР и РСФСР, но, по сути, превратилось в контору по управлению рыбными промыслами. Заниматься воспроизводством рыбных ресурсов агентство все же обязали, но только в морях и больших реках. В его структуру вошли крупные рыборазводные предприятия. Что касается нашего региона, то решением все того же агентства ему резко сократили объемы молоди сиговых рыб, поставляемые товарным рыбхозом Тюменской и соседних областей. Весь посадочный материал сейчас выпускают в Обь-Иртышский бассейн в качестве компенсационных мероприятий. 

По сути, федеральное агентство по рыболовству, подчиненное Минсельхозу, напрочь открестилось от озерных и прудовых рыбхозов. Минсельхоз тоже пытается вывести рыбохозяйственное предпринимательство из-под своего начала. Товарное рыбоводство со всеми проблемами, получается, выталкивают в регионы, а те, в свою очередь, сопротивляются этому с полным равнодушием к отрасли. 

Начальник управления по животноводству департамента АПК региона Рустем Бетляев, говоря о рыбоводстве, недавно заявил: «Это пока не промышленное производство в полном объеме. Прорыва у нас нет. Рыбоводство – специфичная тема, там нужны серьезный стартовый капитал и сумасшедшие от любви к этому направлению грамотные предприниматели». 

Ситуация в Тюменской области осложняется и тем, что наши многочисленные озера (мелководные и заморные) требуют мелиорации, аэрации, строительства гидротехнических сооружений и других важных для развития отрасли мероприятий. Безвременно ушедший из жизни ученый Николай Слинкин еще несколько десятилетий назад говорил: «Общая площадь озер в области составляет не менее 650 тыс. гектаров. Используя современные технологии, на естественных природных кормах, можно выращивать до 35 тыс. тонн рыбы». 

В советское время зарыблялось всего 60-70 тыс. га озерной площади, где выращивалось около 5 тыс. тонн товарной рыбы в год. После распада большинства рыбхозов ее призводство сведено в регионе к минимуму. Традиционные способы разведения особей в заморных озерах, по его словам, несовершенны. Один из главных недостатков – слишком короткий период нагула при однолетнем выращивании. Продуктивность озер в этом случае в несколько раз ниже, чем при двух-, трехлетнем. Кроме того, ухудшаетя качество рыбы, требуется немало дорогостоящего посадочного материала. И еще: для облова нужны большие закидные невода, а для их обслуживания – много рыбаков, промысловой техники, снаряжения и топлива. 

Добиться рентабельных результатов позволяют технологии выращивания рыбы, разработанные для тюменских водоемов в свое время учеными Госрыбцентра. Применение турбоаэраторов малой мощности и несложных гидротехнических сооружений (обводных каналов, водоемов- спутников, отражателей потока и других изобретений) позволяет создать зону с благоприятным кислородным режимом. В Тюменской области есть лишь единичные случаи эффективнейшего применения этих изобретений и технологий, которые отличают универсальность, простота в использовании, невысокие капиталовложения и быстрая самоокупаемость. 

Незанятое сельское население могло бы иметь хорошо оплачиваемую работу, а рынок области получил бы недорогую и качественную рыбу. Освоение новых способов рыборазведения силами сельских предпринимателей послужило бы стимулом для развития и переработки рыбы, а также сопутствующих отраслей – звероводства и птицеводства. 

Но на этом пути стоят непреодолимые препятствия. К примеру, на создание водоема-спутника для беспроблемной и беззаморной зимовки рыбного поголовья (бассейн размером примерно 20 на 40 и глубиной пять метров) экскаватору потребовалось два рабочих дня. А многолетний нагул обошелся ЗАО «Казанская рыба» в пять миллионов рублей, плюс к этому трехлетнее хождение по тюменским и московским коридорам экологических и великого множества других надзорных и контролирующих учреждений. Рыбоводы потеряли уйму времени и средств из-за этого несложного сооружения, не наносящего вреда природе, зато позволяющего успешно зимовать рыбе и вести малозатратный ее отлов. 

О проблемах знают в областной Думе, департаменте АПК, Госрыбцентре – и никакого движения за много лет. А всего-то нужно – одобрить и принять типовой проект обустройства заморных тюменских озер на региональном уровне, получить экспертизу Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, добиться разрешения на реализацию проекта в Минприроде и Минсельхозе. Но делать этого никто не собирается. Так что не бывать рыбному изобилию в Тюменской области. 

НА СНИМКЕ: сети приносят только карася. 

Валерий ИКСАНОВ /фото автора/