ЛЫКО В СТРОКУ

(Продолжение) 

Мостовики – народ бродячий. Едва сдали в эксплуатацию мост через реку Гагара- Тывис в Заполярье, как их тут же перебросили на новый объект: транспортная развязка по улице Механизаторов через Транссиб в Тюмени. Ворон по кличке Патрон прибыл вместе со всеми. Как и приблудившийся пес Батон. 

Птица в основном контактировала с монтажником Мишей Левченко и немного с начальником стройки Юрой Евдокимовым. И вдруг Левченко срочно уехал на Украину оформлять наследство умерших родителей, а Евдокимова вызвали в Томск, там у него ПМЖ. 

– Побудь недельку с Патроном, – говорит мне Юрий Геннадьевич, – ты же вроде водился с ним там, в кратере. Всё равно дома сидишь, ничего не делаешь. 

Ну да, дома. Сижу за компьютером. Подыскиваю слова для нетленки. Довольно сложный процесс. Но мостовики не считают это работой. Пролетную конструкцию перекинуть через улицу – это капитальный труд, а щелкать клавишами – исключительно шалопайство. 

Сижу и щелкаю. Правда, сначала мы позавтракали. Ворон слопал большой кусок сырой телятины, запил кефиром. Я себе мясо пожарил, привычно выпил чашку кофе. Патрон, насытившись, выдал: 

– Напоролся как пёс! 

Первые пять лет птица жила у профессора – то ли из Воркуты, то ли из Салехарда, поэтому выражалась мудрено. Теперь освоила выражения мостовиков: «пролет», «предварительно напряженный бетон», «поперечные балки», «ездовое полотно»... Словарь значительно пополнился терминологией монтажников: «осёл», «иди к чертовой бабушке», «отвяжись», «засунь себе»... Как бы материться не начал. Знатоки утверждают, что запас слов воронов может достигать тысячи. А по умственным способностям они приравниваются к пятилетнему ребенку. 

– Всё! – гаркнул тем временем ворон. – Пора! – Взмахнул крыльями и вылетел в открытую балконную дверь. Знаю, куда он навострил лыжи. Конечно, на Транссиб. 

...За окном штаба стройки действует тандем: буровая установка и мощный кран на гусеничном ходу. Оба агрегата марки Liebherr. Идет проходка скважины на длину обсадной трубы – в данном случае 31,5 метра. После зачистки забоя в обсадную трубу диаметром в полтора метра устанавливают армированный каркас. Затем каркас бетонируется. Бетонирование ведется методом вертикального перемещения трубы. Бетонная смесь поступает в воронку бетонолитной трубы. 

Вот только что из бетонного завода, который базируется на территории предприятия по выпуску металлоконструкций в Винзилях, прибыл автобетоносмеситель. Щелчок кнопки – и серо-голубая смесь по лотку извергается в кубло. В дело вступает инженер лаборатории Елена Скоробогатова. Качество бетона должно быть безукоризненным. Строгой проверке подвергаются: показатель удобоукладываемости, средняя плотность материала, расслаиваемость, объем вовлеченного воздуха или выделившегося газа, температура, сохраняемость свойств во времени, прочность при сжатии, марка по водонепроницаемости и марка по морозостойкости. 

Лаборантка возится со своими колбами и мензурками. С детства не люблю химию – в школе мне еле-еле натянули трояк. Но служба – вот и смотрю. 

– Ну, чего уставился? – выручает меня Лена. – Всё, закрываем контору. Отмечаем день рождения Андрюхи Торгунакова. Стол накрыт в вагончике начальника стройки. 

И тут же в дверь заглянула штукатур-маляр Оля Пятыгина: 

– Скоро вы тут? Канитель развели. Слово надо говорить – народ сомлел. 

Ольга мне очень нравится. Женщина свободная. Живет где-то под Челябинском. Туда и отправится после завершения вахты. Приглашала, между прочим. Надо будет выбраться. Возраст приближается к динозавру, но здоровье вроде бы ничего... 

Стол, ясный пень, сухой (ведь рабочий день): огромный торт с горящими свечками да гора фруктов. И ворон тут же. 

– Патрону сладкого не давать! – кричу первым делом. – Сахар врановым вреден. 

– Чем его угощать-то? – ропщет народ. 

– Бананы вон… пусть клюет от пуза. 

– Ж-рите сами, – проворчал ворон, погрузив кривой клюв в бело-розовый крем с изображением некоего цветка на круглой поверхности кондитерского изыска. 

Никто не стал замахиваться на птичку. Только Володя Макаренко сказал про себя: 

– Та вiн балуваний... Вiн тiльки Мыколу Левченка слухаетися. 

Электросварщик тоже балуется, говоря на мове. Он даже в Киеве общается исключительно по-русски. В столице Незалежной хохол построил не один мост через Днепр. А теперь вот со своей бригадой в Тюмени. Земляков тут много. Вон, на заводе «Тюменьстальмост» работает бригада маляров: до этого все трудились прядильщицами на трикотажной фабрике города Херсона. Фабрику снесли, на этом месте воздвигли торгово-развлекательный центр. А где деньги заработать для покупки и развлечений? Само собой, в Сибири. 

Миша Левченко – выходец из города Николаева. Черноморский судостроительный завод считает родным. Этот завод пополнял флот Советского Союза самыми мощными кораблями: противолодочные крейсера «Москва» и «Ленинград». Здесь же спустили на воду авианосцы «Минск», «Новороссийск», «Тбилиси»... Предприятию стукнуло 120 лет. И закрыли производство. Банкрот. Теперь Украина покупает списанные катера у США. Народ разбрелся кто куда. Город Николаев пуст. И не прибыл бы Левченко туда снова, если бы не наследство: дом большой, сад, виноградник, глубокий погреб со своим вином, где нулевая температура держится даже в июльскую жару… 

– Да вернется еще Мишка, – сказал огненных дел мастер. – Письмо от него намедни получил: пишет, мол, держите под меня место в бригаде. 

– Вер-рр-нется! – констатировал ворон. 

Ольга погладила крылатого друга по сверкающей голове: 

– Скучно ему тут с вами. И есть ему нечего! – спохватившись, добавила: – у меня в каюте залежались орешки, моментом сбегаю. 

– Эй, Патрон, двигай сюда, – моргнул старший мастер Николай Залиский. – Помнишь, сколько хариуса выловили с тобой на Малой Каре? 

– Ямал! – согласился ворон. 

– Да не Ямал, а Республика Коми. Учи, дубина, географию! 

Свой трудовой путь мостостроителя Николай Залиский начинал в Мостоотряде №15, которым руководил ныне знаменитый, заслуженный строитель РФ Валентин Солохин. Потом пригласили в Мостоотряд №10, находящийся в Ростове-на-Дону. Там участвовал в строительстве моста через Дон. Затем были объекты в Грузии, Азербайджане, Турции, Армении. И снова потянуло ветерана на Тюменский Север. Он – монтажник 6 разряда, бригадир. Сын Виталий тоже монтажник 6 разряда, тоже бригадир. Отец трудится в дневную смену, сын – в ночную. Внуку Валере стукнуло 18… 

Вот ещё монтажник высшего разряда, могучий славный бородач (хоть в кино снимай) Иван Никитич Новиков. 

– Мы учились с Колей Руссу в одной 173-й школе поселка Исилькуль Омской области, жили на соседних улицах. Он – по Ленинградской, я – по Ломоносовской. В футбол играли. Разошлись наши пути. Коля поступил в институт, меня призвали в армию. С тех пор не встречались… 

Самая пора свидеться. Два холдинга сооружают развязку по Монтажников плечом к плечу: «Мостострой-11» под руководством генерального директора Руссу с одного конца, «Мостострой-12» – с другого.

 – Не пойдет с тобой, Иван Никитич, Руссу на рандеву, – подал голос именинник Андрей. – Ты кто? Простой работяга. А Руссу – миллионер, похоже, даже миллиардер. А еще и крутой депутат. 

– Олигар-ррх! – заключил Патрон. 

Насчет того, что у ворона способности пятилетнего ребенка. Себя вспомнил. В деревенской избе Чувашии родители разбирали старые газеты. Мне бросился в глаза в жирной черной рамке портрет человека с усами и в очках чуть ли не во всю первую страницу газеты «Правда». Сверху значилось: «Вчера скончался выдающийся деятель Андрей Александрович Жданов». И дата выхода издания: 1 сентября 1948 года. С этого момента научился читать. И было мне 5 лет. 

…Доставленные Олей кедровые орехи Патрон лузгал как семечки, грецкие – разбивал камнем. 

– Все, мужики, хар- ррош! Убираем бардак со стола! – скомандовал старший мастер Залиский. – С минуты на минуту здесь будет Кушнаренко. По-флотски: по местам стоять! 

Народ брызнул. Только электросварщик 6-го разряда Камил Янбердин сидел, вращая глазами. Он тут на подхвате, порядков толком еще не знает. Прибыл из Ирака. Туда же должен сегодня-завтра отправиться по месту постоянной работы. В Тюмень приехал в отпуск, а тут чуть ли не под самыми окнами квартиры строят транспортную развязку. Не вынесла душа, попросился на работу. Вроде бы временно. Скорее всего, навсегда. 

Камилу мигом объяснили, кто есть кто. 

... С генеральным директором завода «Тюменьстальмост» знаком. Даже два очерка о нем наваял: первый – для газеты «Тюменская правда», второй – для журнала «Дороги России», спецкором которого на тот момент являлся. Но привел сюда нас чуть ли не за руку председатель Тюменской областной Думы Сергей Корепанов. Потому что решил показать передовое, прогрессивное предприятие, достойно пополняющее региональный бюджет. 

Посмотрели. Вдохновились. Мне люди понравились. Тут к месту напомнить об одном конкурсе среди машинистов мостовых кранов, который провело правительство Тюменской области. Моменты – просто захватывающие. Там внизу, на полу, стоит установленный на попа раскрытый коробок спичек. Требуется гаком – массивным крюком крана – задвинуть крышку коробка, не завалив его набок. Другой «фантик»: стандартное ведро, доверху наполненное водой. Надо взять его за дужку, поднять в воздух, сделать в пространстве под крышей фигуру – «восьмерку» – и переставить в другое место, то есть в центр обведенного мелом кольца размером с баскетбольное. И не дай бог пролить хоть каплю! 

Все призовые места заняли парни из «Тюменьстальмоста». Чемпионом стал машинист крана Liebherr Александр Притыко. 

Писать о Кушнаренко шибко интересно. Как же: появился на Ямале шофером – стал заместителем губернатора ЯНАО. Ну, до доктора технических наук Станислав Григорьевич возвысился не в ипостаси шофера, а уже будучи замом «хозяина региона». О теме диссертации ученый предпочитает помалкивать. 

С генеральным директором малоизвестного в ту пору ООО «Мостострой-12» Александром Забарским Кушнаренко познакомился незадолго до начала строительства ресторана. «Это что за точка общепита? – спросит читатель. Процитирую фрагмент собственного очерка: 

«Уникальный объект в центре Салехарда через реку Шайтанка. Это вантовый мост с наклонным пилоном. На высоте 60 метров расположен ресторан. Мост является достопримечательностью для гостей столицы ЯНАО, многочисленных отечественных и зарубежных туристов». 

Создал шедевр «Мостострой-12». Когда губернатор Юрий Неёлов освободил пост, пришел новый хозяин со своей командой. И экс-зам напомнил Забарскому, мол, помнишь Шайтанку? Это я замолвил за тебя слово. 

И товарищ с двумя паспортами – российским и израильским – изладил корешу вакансию на заводе «Тюменьстальмост». 

Дела здесь до поры до времени шли весьма неплохо. Я, автор этих строк, освещал процессы в СМИ. И вдруг «генерал» стал избегать встреч: договоримся, а Станислав Григорьевич не явится. Много раз так было. Потому что Кушнаренко получил втык от шефа: чтоб ничего в газетах про фирму не было. И понятно, почему позже завод обанкротился. Теперь это уже не «Тюменьстальмост», а просто «Стальмост». С другим собственником и иным генеральным. 

…Через дорогу за улицей 30 лет Победы уже стоят готовые опоры. Кран Liebherr пришел в движение. Раздаются команды: 

– Вира! Майна! – и массивная конструкция укладывается на положенное по проекту место. То тут, то там вспыхивают голубоватые снопы электросварки. На монтаже заняты звенья под руководством Геннадия Петровича Пенчука, Андрея Ивановича Юхно, Ильнара Фархутдиновича Зинатова. Это на первом участке. На участке №18 под началом Романа Петровича Никифорова отличаются: бригада электросварщиков во главе Владимир Макаренко, бригадир Анатолий Клименко со своими монтажниками. 

Начальник участка Юрий Евдокимов вместе с черным вороном Патроном перешел в АО «Мостострой-11». Вахта продолжается. 

НА СНИМКАХ: ветеран мостостроения Иван Новиков; ворон Патрон и монтажник М. Левченко. 

Юрий МАШИНОВ /фото автора/