РАССКАЗ

Продолжение. Начало в № 39

Первая поклевка произошла у Зяблика. Трехсотграммовый окунь отправился в садок. У меня при проводке была лишь одна невнятная поклевка.

– А вот и второй, – издевательски произнес Володя. – Снимай, Игорек, своего воба и ставь железяку. У меня их в ящике полно.

– Нет, Зяблик, так нечестно, не по-спортивному.

Атмосфера неофициальных соревнований на Кубок дружбы накалялась.

– Ты лови, Зяблик, лови… не отвлекайся.

Тот хмыкнул и подсек очередного окуня.

– Зяблик-то ловит, а Игореша только смотрит, – съязвил Вовка, посылая свою приманку метров на сорок.

Наконец-то у меня, после очередного заброса, случилась уверенная поклевка. Снасть надежно гасила тяжелые и упругие рывки крупной рыбы. Зяблик быстро смотал свой спиннинг и приготовил подсак. По манере вываживания легко определил полосатого горбача, пытавшегося уйти под днище лодки. Но четко настроенная снасть с моим многолетним опытом ловли полосатых разбойников не оставляла ему никаких шансов. Как только рыбина показалась в пределах видимости, Зяблик молниеносно завел подсак и подтащил к лодке. Тут же вытащил безмен и взвесил:

– Вот уж хапнул, так хапнул – 540 граммов, Игореха! Добрый окуняра! – сказал, убирая безмен в карман.

Следующая поклевка не заставила долго ждать. И когда очередной окунище плюхнулся в лодку, я не выдержал и похлопал Зяблика по плечу.

– Все меняется, Вовчик, как наша жизнь. Игореша ловит, а Зяблик смотрит.

Володя размахнулся удилищем и закинул блесну куда-то в сторону. После нескольких оборотов катушки его спиннинг согнулся в дугу, затрещал фрикцион.

– Есть! – заорал вне себя от радости Володя. – Игореша, считай, я у тебя уже выиграл, греби к берегу, суши весла.

Но вскоре безудержная радость чемпиона куда-то пропала.

– Кажется, зацеп, – произнес Зяблик. – Наверное, коряга или топляк.

– А может, сеть? – сделал я предположение.

– Да откуда здесь ей взяться? Сколько тут рыбачил, ни разу сети не цеплял.

Пока я соображал и анализировал, Зяблик с кряхтением и ворчанием начал тяжело подниматься.

– Будь она неладна! Кто додумался воткнуть эту дурацкую палку?

– Какую палку, Зяблик? Ты о чем?

– О чем, о чем… Да вот о ней, – показывая на чуть торчащий из воды конец.

– А палочка-то не простая, – ощупывая и разглядывая ее со всех сторон, говорю. – Смотри, Володя, сетка к ней привязана. И, кажется, я догадываюсь, кто это мог сделать. Вот же паразит, всю речку перегородил, оголодал, что ли? А сколько рыбы передохнет, пока он водку будет глушить. У меня идея есть. Раз наша рыбалка сорвалась…

– Давай проведем, так сказать, воспитательную работу, накажем браконьера? Соберем все вещи, загрузим в наш МТС, вытащим сеть – и по газам. Только вот пока не знаю, как ее быстро вытащить.

Зяблик призадумался, звонко хлопнул себя по лбу:

– А в чем тут, Игорек, проблема? В багажнике лежит длинный фал. Привяжем его к палке и вытянем!

– Молодца, Вовчик! За что я тебя уважаю, так это за нестандартный подход к решению нестандартных проблем.

Сборы были недолгими. Предстоял самый важный и сложный момент в нашей операции возмездия. Закрепив один конец веревки к «Ниве», спустились к реке и привязали ее к палке. Накручивая на нее морские узлы, я шепнул Зяблику:

– Беги наверх, заводи старушку и жди.

Зяблик в два прыжка добежал до машины, хлопнула дверь, взревел мотор.

– Готово! – крикнул из окна возбужденный Зяблик.

– Ну что, мой друг, трогай! Все равно ему нас не догнать.

Зяблик выжал сцепление, переключил передачу, газанул, и… наша операция оказалась на грани провала. Мотор лихорадочно зачихал, дернулся и заглох. В глазах друга застыла растерянность и безысходность.

Между тем «топляк» очень медленно, хотя и с трудом, начал двигаться в нашу сторону. Через какое-то время на поверхности показались пенопластовые поплавки, закрепленные на тетиве. Мы от удивления и растерянности переглянулись.

– Я, Игореха, думаю так… Раз здесь появилась сеть, значит, у нее должен где-то находиться хозяин. А раз есть хозяин…

Вовка не успел договорить, как с противоположного берега хлопнула дверь машины. В нашем направлении двигалось нечто, матерно ругаясь и ломая ветки. И только теперь мы с Зябликом разглядели в гуще кустов и высокой травы силуэт большой черной машины.

– Похож на «Крузак». Сваливать надо отсюда, – озираясь по сторонам, предложил друг. – Да и настроение водителя что-то мне не очень нравится.

– Ладно, Володя, не дрейфь. Сейчас отцепим блесну, а ты пока постарайся с неадекватом поговорить на отвлеченные темы, у тебя будет минуты три, но не больше.

Крепко вцепившись в весла, я отчаянно начал грести в сторону зацепа. Это нечто вскоре предстало на берегу в полном своем обличии. Кое-как держась на ногах, обхватив для уверенной устойчивости кривую березу и матерясь на всю прекрасную речку с ее не менее прекрасными подводными обитателями, посылало в наш адрес замысловатые шифрованные звуки.

– Э… Какого!.. Да я… Вы… У меня… Пошли…

Зяблик попытался перевести общение в более понятное смысловое русло, но наш оппонент перешел уже на отдельные буквы, где грязной ругани было в разы больше.

Я в это время освободил блесну от зацепа и развернул лодку к нашему берегу. Увы, соревнование пришлось прекратить ввиду невозможности его дальнейшего проведения. Когда подплыли к берегу, Зяблик поинтересовался:

– Игореха, как ты думаешь, а этот пьяница сможет разглядеть номер нашей машины?

– Расслабься, Володя. Он может разглядеть регистрационный знак только в одном случае, если у него есть хорошая оптика, которая устанавливается на СВД и которая спрятана под задним сидением его авто. Но учитывая, что он деморализован и еле держится на ногах, моя версия несостоятельна.

Зяблик у берега вдруг споткнулся и со всего размаха плюхнулся в воду. Я похолодел, вспомнив о своей несостоятельной версии, которую озвучивал и которой успокаивал Володю. Но выстрела все же не было. Тогда что?

– Успокойся, Володя. Ты просто резко дал газа, свечи забросало. Главное – не паниковать, ведь благое дело вершим.

После недолгих манипуляций, движок у старушки медленно возвращался к жизни. Перебои прекратились, и вскоре она заурчала привычным своим тарахтением. Мы тронулись с места. Проехав метров десять, я оглянулся. По земле волоклась палка с сетью, внутри ее что-то трепыхалось, но разглядеть было невозможно. Проехав еще немного, попросил Володю остановиться.

– Давай соберем еще живую рыбу. Тут недалеко есть небольшая протока, там ее и выпустим, пусть себе живет, а раненую заберем с собой. Бери ведро, будем выпутывать.

Вооружившись ножами и ведром, пошли оценивать свой улов.

– Ничего себе! – присвистнул мой друг. – К нам в сети не только караси и окуни попались. Мы попутно транспортируем груз, не заявленный в декларации, рассматриваем содержимое сумки, набитой до верха водкой и прочими спиртными напитками. Спиртное нам очень даже пригодится. В старушку надо вкладывать, а дядя Саша, механик от Бога, без бутылки с тобой даже разговаривать не станет.

Отсортировав улов и уложив в багажник бутылки с горячительным, собрав в охапку сеть, бросили ее поверх вещей. Остановившись у протоки и выпустив пленников в родную стихию, двинулись в обратную дорогу. Дома у моего подъезда на скамейках уже сидели бабульки и что-то оживленно обсуждали. Наше появление не осталось у них без внимания. Щебетанье вмиг прекратилось, как только мы остановились.

– Ну, как рыбалка, Игорь Леонидович? – поинтересовалась баба Клава, соседка по этажу (откуда она могла знать о рыбалке, для нас было большим вопросом).

– Да так… половили немножко. Можем вас угостить. Бабушки вмиг растворились по квартирам в поисках посуды.

– Пошли, Зяблик, вытаскивать сеть на мусорку, пока наши старушки проводят кухонную инвентаризацию. А за рыбку они нам с тобой спасибо скажут. Да, к нашей старушке замечен нездоровый интерес у окружающих. Ей необходим новый выхлоп. Но возьми деньги и купи ей наконец-то глушитель. Только дяде Саше много водки не давай, она еще нам понадобится…

Виктор СТЕПАНОВ /фото из открытых источников/