НАШИ КОРНИ

В Тюменской области есть немало жителей, которые даже не подозревают, что они – потомки воинственных польсколитовских шляхтичей, так называемых «панцирных бояр», пришедших в Сибирь в ХIХ в. из Белоруссии, некогда входившей в состав Великого княжества Литовского и Речи Посполитой.

Долгое время и в нашей семье история предков казалась туманной. Но однажды от сотрудников ишимского музея стало известно, что недалеко от Ишима, в селе Новолокти, на родине нашего отца Мануйлова Александра Ивановича (из Мануйловичей, по архивным документам) до сих пор живут потомки переселенцевсамоходов из Витебской губернии.

В 1866 г. тринадцать фамилий из этих переселенцев решили отделиться от старожилов, перебрались в другое место и основали Новые Локти. Среди них были Мануйловы и Кошины. Их семьи породнились, и в 1920 г. на свет появился наш отец, потом его брат Ваня и сестренка Люба. На семейном фото папе лет восемь, он стоит рядом со своими молодыми родителями – Кошиной Марфой Дмитриевной и Мануйловым Иваном Ивановичем, вместе с дедушками и бабушками, братом и сестрой. Фото сделано, надо полагать, в 1928 г., а в 1930 г. семью из 11 человек раскулачили и выслали на север области вместе с тысячами земляков. Многие умерли от голода и лишений, кого-то расстреляли…

Сейчас в Новолоктях живут замечательные люди, потомки белорусских первопоселенцевсамоходов, для которых историческое прошлое является частью собственной биографии, а ее продолжение видится в детях и внуках. В селе есть музей, хранятся традиции, пишутся книги, живет связь поколений. Знаток истории местных фамилий Николай Иванович Жгунов много лет изучает в Новолоктях родословие династий бывших «панцирных бояр». Он-то и дал нашему поиску родины предков нужное направление.

Эта история уходит в Литву XIV в., когда при великом князе Витовте (1392-1430 гг.) сложилось сословие «панцирных бояр». Слово «боярин» в нашем случае соотносится со словами «бой», «боец», а не означает сословную принадлежность, по которой «панцирные бояре» относились к дворянамоднодворцам – бедной шляхте. Оно составляло особую категорию военно-служилого дворянства – нижнего слоя шляхты (от слова «шлях» – род, или битва, сеча). К этому времени Литва подверглась нашествию не только орды, но и немецких рыцарей, и в тевтонских хрониках появился термин «Белая Русь», территория которой входила в Литовское княжество. В отличие от соседей, где шляхта составляла три процента населения, в Литве по разным воеводствам она насчитывала 10-15% и была социально весьма разнородной. Название «панцирные бояре» связано с тем, что это были боевые конные всадники в панцирных доспехах, охранявшие пограничную территорию литовского князя и польских королей. Основной военной силой в Восточной Европе тогда была конница.

Не случайно на старых гербах Белоруссии, как и на гербах Литвы и Речи Посполитой, куда вошла Литва после объединения с Польшей в 1569г., изображен конный всадник, скачущий с поднятым над головой мечом, как бы преследуя врага. Этот герб называется «Погоня» и напоминает то ли немецкого рыцаря, то ли «панцирного боярина» в тяжелом вооружении, то ли Георгия Победоносца с русских икон, только без копья и змея как на Российском гербе. Ведь до XV в. большую часть Литвы составляли русские, язык был русский, вера православная. И браки заключались династические: женой Витовта стала Анна Смоленская, а единственную дочь Софью он выдал замуж за сына Дмитрия Донского – Василия I и стал регентом своего внука Василия II. В результате огромная часть русских земель вошла в состав Литвы, ставшей крупнейшим государством Европы, границы которого проходили по Подмосковью с городами Можайск, Дмитров, Коломна. А в начале XVII в. Московская Русь чуть было не приняла на российский престол польского королевича Владислава… Однако притязания соседей оказались несостоятельными. Не были готовы стать католиками и «панцирные бояре».

Главной же причиной переселения «панцирных бояр» в Сибирь был земельный вопрос. Свою службу по охране восточных рубежей они несли за наследственное владение земельным наделом и немалые привилегии по сравнению с другими регионами, так как положение на этом участке гарнцы было наиболее напряженным из-за близости русских стратегических центров – Пскова и Великого Новгорода.

В конце XVIII в. после раздела Польши Белоруссия была присоединена к России, и надобность в «панцирных боярах» как защитниках упраздненных границ отпала. На их вековые угодья начали водворяться российские помещики, земли стало не хватать. Всем «панцирным боярам» в доказательство их дворянского происхождения по указу Екатерины II потребовалось оформить родословное древо. Оно было составлено и нашими предками. В его основании, начиная с 1697г., значится некий Емельян Мануйлович. Однако стремление бояр восстановить свои прежние права побудило правительство переселить их на новые земли, определив в категорию государственных крестьян.

Серьезным стимулом к переселению было получение на новом месте 15 десятин земли на душу мужского пола, денежное пособие в 55 рублей и освобождение на восемь лет от натуральных и денежных повинностей.

«Литвины», как называли белорусов, переселялись в Сибирь и раньше – в XVII-XVIII вв., в основном из-за религиозных притеснений. Но наиболее массовое переселение их сюда произошло в ХIХ-начале ХХ в. в результате аграрной реформы. В Приишимье белорусские первопоселенцы прибыли в 1850-е годы. Сохранилась легенда о том, что привыкшие держаться обособленно белорусы решили отделиться от старожилов-чалдонов и за разрешением отправили ходоков к царю. Нужная бумага была принесена, и на карте Сибири появилось поселение Новые Локти. Оно расположилось между трех озер, как это было на родине «панцирных бояр» в Белоруссии (теперь это почти заброшенная местность на Псковщине).

Двор нашего отца огородами выходил прямо к озеру; отец вспоминал об этом с особенным удовольствием. Мужчин в семье хватало, значит, земли получили много, построили большой домпятистенок. Белорусы в Сибири быстро становились зажиточными хозяевами благодаря умению не только воевать, но и работать на собственной земле. А понятие «панцирные бояре» сохранилось как самоназвание этой группы сибиряков в память о далеких предках-шляхтичах. Боевые же качества напомнили о себе во время войны, когда в очередной раз пришлось избавлять от немецкого нашествия и Россию, и Белоруссию, и Литву, и Польшу. О боевых заслугах отца говорят его награды.

Р.S. В этом году (15 июля) исполнилось 610 лет знаменитой Грюнвальдской битве, когда объединенными силами литовцев, русских, чехов и поляков был разбит и уничтожен Тевтонский орден немецких рыцарей.

НА СНИМКАХ: А.И. Мануйлов (1920-2006); семья Мануйловых-Кошиных (1928 г.).

Ирина МАНУЙЛОВА