ПРОГУЛКИ ПО ГОРОДУ 

Как и все улицы, рожденные в центре Тюмени, Хохрякова имеет историческое прошлое. Прежде ее называли Успенской по имени церкви, которая была наделена красотой и любима горожанами. Купола ее чарующе смотрелись среди высоких белоствольных берез. 

ДРЕВНЯЯ СВЯТЫНЯ 

Церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы – каменная, белоснежная – виднелась с берега Туры, являлась доминантой в архитектурном облике старой Тюмени. История ее уходит в глубь веков. На берегу между нынешними улицами Челюскинцев, Кирова и Хохрякова находился девичий Ильинский монастырь. По решению Екатерины II его закрыли в 1764 году. На территории бывшей обители на следующий год заложили Успенскую церковь. Строили на пожертвования разных благотворителей и игуменьи Иулитты. С 1769 года святыню открыли для прихожан. 

Через век храм сильно обветшал, его даже предполагалось разобрать. Спасти могла большая починка. Помощь оказал купец Семен Михайлович Трусов, тюменский почетный гражданин Тюмени. На его деньги храм не только восстановили, но и устроили позолоченные иконостасы, заново написали иконы. В 1862 году, когда ремонт закончили, церковь стала одной из лучших в Тюмени. 

Воспитанники сиропитательного заведения, здание которого прописано на нынешней Республики, 60, посещали эту церковь. Шли пешком. Но в сильные морозы или осеннюю непогоду, чтобы не простужаться и не хворать, дети оставались в стенах приюта. А дабы не прерывать общение с Богом, по инициативе благотворителя Трусова и на его средства в 1885 году при Владимирском приюте была выстроена домовая Симеоновская церковь. Ее приписали к Успенскому храму. В ведение Успенского храма были еще две деревянные часовни в деревнях Посоховой и Ожогиной. 

Святыня XVIII столетия продолжала свою жизнь и в первые годы советской власти. 

Успенскую церковь закрыли Постановлением Уральского облисполкома от 3 марта 1930 года. Святое здание было решено использовать под общежитие или «красный уголок». 

В июне 1932 года взрыв страшной силы разбудил тюменцев. Люди повыскакивали из своих домов, кто в чем был. От взрывной волны на окнах с незакрытыми ставнями вылетели стекла. Облако пыли накрыло Успенский храм. 

По рассказам очевидцев, церковь поднялась над землей, на миг замерла, будто устремившись в небо, и рассыпалась на страшные осколки... 

Смятение и ужас были написаны на лицах людей. Старушки плакали и крестились. Бежать к разрушенному храму побоялись: было время борьбы с религией и «мракобесием». 

Развалины церкви лежали долго, пока через много лет на ее фундаменте не построили двух- этажные деревянные бараки. Жилье для пролетариев. С годами со стен их слезла краска, выглядели они убого. Лет восемь тому назад, проходя мимо, я спросила у жильцов: 

– Знаете, что здесь был храм? 

– Даже и не слышали. Нас сюда из Зареки переселили, – был ответ. 

В октябре 2013 года снесли эти пролетарские творения, пустую территорию сразу заняли автомобили. Сейчас в память о древнем храме установлен камень. Мраморная табличка на нем передает изображение утраченной святыни. 

ИЗ КРЕСТЬЯН В КАПИТАЛИСТЫ 

Рядом с Успенской церковью в царское время располагалась купеческая усадьба. Сначала она принадлежала крестьянину Туринского округа Афанасию Новоселову, а затем его сыну Ивану. 

Каменный дом на улице Успенской (Хохрякова, 21) возвели в начале 1900-х годов. Его не просто было создать: здание многообъемное, из трех частей разной высоты, с деревянной закрытой верандой, опирающейся на каменные столбы, и с пристроем в полтора этажа. 

Эта солидная постройка была флигелем, где располагались магазин, кладовые, каретник. Сам же жилой купеческий дом (улица Дзержинского, 21) – деревянный, двухэтажный, появился в конце XIX века. 

Хозяин недвижимости г-н Новоселов, обладая коммерческой хваткой и сметливостью, нажил капитал и добился признания в обществе. 

Иван Афанасьевич выбирался гласным в Тюменскую Думу в 1904–1911 гг, был членом ревизионной комиссии по проверке отчета городской Управы, ему также доверили быть членом учетного комитета городского банка. В 1907 году он был членом правления Тюменского общества взаимного от огня страхования. Торговец лесом Новоселов владел лесопильным заводом в Затюменке. Как и все именитые купцы, занимался благотворительностью, входил в попечительский комитет сиропитательного заведения, был старостой Знаменской церкви. 

Его усадьба оценивалась в 7600 рублей. В 1910 году у Ивана Афанасьевича имелось в пользовании два номера телефона. По тем временам это говорило о достатке хозяина. Служебный телефон на заводе № 102, другой – дома, № 56. 

На его заводе доверенным служил Виктор Иванович Перевалов, имевший усадьбу на Трусовском проулке (улица Перекопская, 5). 

Женой Ивана Афанасьевича была Мария Федоровна, выпускница тюменской прогимназии. Она считалась «первой красавицей» Тюмени. Сын Новоселовых, названный в честь деда Иваном, учился в Тюменском реальном училище. 

После революции завод Новоселова стал государственной собственностью, был переименован в «Красный Октябрь». 

Бывший его хозяин покоился на Монастырском кладбище (погост уничтожен в 30-е годы). 

В конце 1920-х в усадьбе сохранялись: жилой 2-этажный деревянный с пристроями дом, одноэтажный пристрой, дом каменный с деревянными пристроями, терраса, склады каменный и деревянный, конюшни, деревянный дровеник, сад с беседкой, ватер- клозет и обширный двор. 

ДА, МНОГО ВСЕГО БЫЛО… 

В каменном флигеле мне довелось побывать в начале 1990-х годов, тогда я увлеклась историей купечества. Дом имел просто ужасающий вид: на уровне двух с половиной метров подвал его был затоплен водой, кирпичи из стен вывалились, крышу уничтожил пожар, но памятник архитектуры упорно стоял: строили-то раньше качественно. 

Известный архитектор Александр Клименко выполнил проект реставрации каменного флигеля, и в 1995 году в кратчайшие сроки сербская фирма восстановила здание. Внутри сделан мраморный пол, лестницы с оригинальными коваными элементами. Добавилось 150 кв.м. площади, слева гармонично сделан пристрой. Флигель превратился в красивый дворец. 

На его стене мемориальная доска сообщает имя купца Новоселова и указывает дату появления здания, ставшего памятником архитектуры. 

Купеческий усадебный ансамбль теперь – редкость в исторической части Тюмени, тем более такой солидный «краснокирпичный» флигель. На здании благородно смотрится и табличка с указанием прежнего имени улицы и нынешнего: Успенская- Хохрякова. 

РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ДЕРЖИТЕ ШАГ 

В 1922-м году «для встречи торжественного пролетарского пятой годовщины Октябрьской революции 7 ноября» по постановлению Тюменского горуездного совета Успенская в числе других улиц была переименована в Хохряковскую (позже ее стали называть Хохрякова). 

На стене дома под №44 висит добротная мемориальная доска, установленная еще в советское время. Она сообщает, что улица носит имя первого председателя исполнительного комитета Тобольского Совета рабочих и солдатских депутатов. П.Д. Хохряков – герой Гражданской войны. Годы его жизни: 1893- 1918». 

Литература советских времен рисует образ Павла Даниловича сугубо положительным. В Первую мировую войну он был призван на военную службу во флот. На линейном корабле «Император Александр II» включился в революционную борьбу. В 1917 году пламенного пропагандиста новой жизни большевистская партия направила на Урал, где тов. Хохряков активно создавал красногвардейские отряды, вел борьбу с контрреволюцией. Тобольская губерния упорно сопротивлялась советской власти. 

17 августа 1918 года отряд Хохрякова вступил в бой с белогвардейцами, командир шел впереди, «но вражеская пуля ранила героя в грудь. Умирая, Павел Данилович сказал: «Товарищи, держитесь крепче, я умираю за революцию…». 

В 1990-х свобода слова раскрыла другие факты из жизни матроса-революционера. Он вывозил часть семьи последнего императора России Николая II из Тобольска в Екатеринбург. Настоял на обыске покоев Епископа Гермогена, аресте и ликвидации Владыки как классового врага. Епископ хлопотал за облегчение участи сосланных в Тобольск членов царской семьи, противился большевистской власти. Тем самым навлек на себя беду. 

«В Покровском, на Тоболе, убит Гермоген и расстреляно еще двенадцать человек пленников Хохрякова, командовавшего отрядом на пароходах. Гермоген и, по-видимому, еще два священника убиты зверски. Над ними издевались, обрили их, били ремнями и, наконец, утопили...». Об этом рассказывает сборник документов «Черные дни русского православия», составленный писателем Артуром Чернышовым. 

Вот так отразились на этом пятачке старой улицы яркие моменты разных эпох, ставшие нашей общей историей… 

НА СНИМКАХ: мемориальный камень; флигель усадьбы купца Новоселова. 

Елена ДУБОВСКАЯ /фото автора/