ПРЕСС-ОБЗОР 

В понедельник премьер Михаил Мишустин поручил вице-премьеру Дмитрию Григоренко совместно с Минфином и Федеральным казначейством проанализировать причины появления остатков у законтрактованных расходов бюджета 2019 года – с соответствующими жесткими выводами. 

Происходящее напоминало мультфильм из серии про «Простоквашино», когда на замечание почтальона Печкина: «Может, у вас средств нет?», кот Матроскин уверенно заметил: «Средства у нас есть...», − а дальше вы знаете. 

Ситуация с неиспользованием бюджетных средств на конец года недопустима, резюмировал Мишустин: 

− Я вижу этому две причины: либо неэффективное планирование, либо низкое качество управленческого аппарата, который этим занимался. 

Премьер потребовал навести порядок в системе стратегического планирования. 

По итогам 2019 года не удалось освоить около 1,1 триллиона рублей запланированных бюджетных расходов. Глава Счетной палаты Алексей Кудрин указывал, что сумма неисполненных расходов в 2018 году составляла 0,8 триллиона рублей и растет ежегодно. 

В Минфине недорасход объясняли усилением бюджетной дисциплины и более эффективным расходованием. А денежным остаткам обещали найти применение в 2020 году. 

И то сказать, над этими ребятами не каплет. 

По итогам 11 месяцев 2019 года сумма была куда более значительной – 3,025 триллиона рублей, но за декабрь сильно сократилась. Это объясняется тем, что значительная часть бюджетных трат приходится на последний месяц года – связано с ударной оплатой контрактов бюджетополучателями. Например, когда еще ударно ремонтировать дома в той же Сибири, если не в декабре. 

Декабрьские расходы бюджета в 3,294 триллиона рублей были сразу в 2,4 раза выше среднемесячных. 

Доходы федерального бюджета в 2019 году составили 20,188 триллиона рублей (101,1% от плана). 

В ноябре план поправками к закону о бюджете был урезан на 205 миллиардов – так что на деле о перевыполнении задания говорить не приходится, доходы просто уложились в прежний прогноз – 20,175 триллиона рублей. 

Расходы 2019 года составили 18,220 триллиона рублей – это 98,5% от поправленного в ноябре плана или, как следует из отчетности Минфина, лишь 94,2% от уточненной бюджетной росписи в 19,335 триллиона рублей. 

Разница между расписанной суммой и фактическими тратами – 1,1 триллиона рублей, что, собственно, и зафиксировала Счетная палата. 

Близко к 100% исполнены лишь два чувствительных для власти раздела расходной части бюджета-2019: «Социальная политика» (на 99,7%) и «Средства массовой информации» (99,9%). 

Ну, насчет средств массовой информации – тратились, видимо, на пиар на ТВ (и мы с удивлением узнали о каких-то невероятных достижениях правительства Дмитрия Медведева) и в Интернете (там затея провалилась). Газеты, которые были далеки от восторга и могли преподать состояние дел вразумительно, денег не увидели. 

Раздел «Национальная экономика» исполнен на 91,8% от плана. 

О триллионе, который бюджету не удастся потратить, глава Счетной палаты Алексей Кудрин начал говорить еще в ноябре. Минфин с такой оценкой соглашался. И. о. первого вице-премьера – министра финансов Антон Силуанов пояснял, что недорасход объясняется укреплением бюджетной дисциплины и что триллион не пропадет – в виде бюджетных остатков деньги перейдут на 2020 год. 

Считай, пропало. Деньгам может быть найдено новое применение – цена пакета демографических мер из послания президента Федеральному Собранию предварительно оценена Минфином в 400–450 миллиардов рублей только на 2020 год. 

Президентские инициативы составят 4,128 триллиона рублей на период до 2024 года, сообщил в феврале Антон Силуанов, теперь уже не первый вице-премьер, а просто министр. По его словам, большую часть средств возьмут из федерального бюджета (3,77 триллиона рублей); бюджетам регионов придется обеспечить менее 10% новых расходов (358 миллиардов рублей). Для увеличения трат 2020 года Минфин внесет в правительство проект соответствующих поправок к Закону о бюджете. 

Глава правительства распорядился провести ревизию планов аналогичных расходов на 2020 год, предложив перенаправить средства на реализацию проектов, обозначенных в послании президента Федеральному Собранию. При этом потребовал строгой бюджетной дисциплины и просил коллег не раздавать обещания по расходованию средств резервного фонда: 

– Федеральный бюджет на ближайшие три года принят, тщательно выверен и сбалансирован. Это основа стабильности нашей экономики, в нем заложены все необходимые средства, в том числе на реализацию национальных проектов, – сказал премьер, тогда как средства резервного фонда предназначены для финансирования непредвиденных расходов. 

Обещаниями министры и так не отличались – это прерогатива президента, даже не премьер- министра. 

Михаил Мишустин объявил о «систематизации/инвентаризации» инициатив последних месяцев в ведомствах, их соответствия новым задачам и влиянию на уровень жизни населения, имидж власти и возможный общественный резонанс. 

Имидж власти, в общем-то, сложился: есть деятельный президент, которому удалось вывести страну на верхний политический уровень (США, Китай, Россия), и есть правительство, где тон задавали бухгалтеры, напоминающие сборище импотентов. 

Пришел деятельный Михаил Мишустин, выпускник СТАНКИНа, инженер-программист по образованию, работавший отнюдь не в КБ и не на заводе, а в налоговых органах. Будучи их главой, Мишустин умудрился собрать колоссальные налоги при падающем производстве – страна напряглась: куда он ее поведет – даст глотнуть свежего воздуха или отнимет последнее. 

По части воздуха произошла любопытная вещь: премьер критически оценил решение о кратном росте автоштрафов в проекте КоАП как «сырое». ГИБДД заложила основательную кормушку, и такой облом: население подобных поборов уже не вынесет. 

Премьер в целом предостерег коллег от публикаций промежуточных и резонансных идей, что, видимо, анонсирует ужесточение коммуникационных правил Белого дома. В правительстве должны разделять социальный и в широком понимании медийный эффект решений. 

Практически вся политика Правительств РФ с 1994 года, с удивлением отмечает «Коммерсантъ», строилась на предположении, что это одно и то же! 

Это принципиально новая задача для аппарата, которая, видимо, должна увязываться с отраслевыми задачами вице-премьера Дмитрия Чернышенко в медиа- сфере. 

Дмитрий Чернышенко, кстати, тоже выпускник СТАНКИНа, конечно, многое может, но даже ему вряд ли удастся выдавать черное за белое. 

В сущности, медиа-простран- ство функционирует очень просто: в обществе сложились вполне определенные представления о добре и зле, время от времени там возникают новые идеи, СМИ могут их либо ослаблять, либо усиливать. Первое – сложно, потому как требует вразумительной аргументации. Второе – проще: ура! ура! Нужно лишь вовремя остановиться. 

Однако мы отвлеклись. Два новых лозунга Белого дома: «Дебюрократизация» (в приложении к правительству предполагает изменение правил и сроков согласования документов, новые коммуникационные правила, а также акцент на цифровые управленческие технологии) и «Дерегулирование» отраслей (пока рассматривается как возможность). 

Проблемы с реализацией проектов предыдущего правительства Михаил Мишустин предложил решать через программу «дебюрократизации». С этой проблемой в Белом доме пытались бороться и раньше, в том числе через институты внешнего контроля (аппарат президента) и внутреннего. Рассматриваются два механизма – цифровизация административных процессов и изменения схемы и сроков согласования проектов нормативно- правовых актов. 

Второй новый лозунг, выдвинутый Михаилом Мишустиным, – «дерегулирование». Это относительно новый принцип, который премьер отнес ко «всем отраслям» и традиционно к бизнесу, поручив оценить потенциальные преимущества. 

Контуры примерно понятны, но в данном случае важны не контуры, а происходящие в отраслях реальные процессы – в каждой отрасли свои. У бухгалтеров с этим был полный швах, да они особо и не лезли туда: что может быть интересного там, когда мы здесь! Ситуация напоминала сценку на тонущем корабле из фильма «Волга-Волга». 

Михаил Мишустин знает о проблемах с точки зрения налоговиков, хорошо, если он перекрасится и направит знание на пользу производства. 

Как будет на самом деле, поживем – увидим. 

Вице-премьеру – главе аппарата правительства Дмитрию Григоренко поручено «систематизировать» работу над решениями правительства с точки зрения потенциального социального и имиджевого эффекта. 

Сергей ШИЛЬНИКОВ 

Евгений КРАН /рис./