СУБЪЕКТИВНО 

Начало в №5 

«Деньги не пахнут», – заявил римский император Веспасиан еще в 1 в. н.э., обнюхав пачку ассигнаций – налог, который он ввел на общественные туалеты. Я вспомнил это популярное выражение, дивясь на фискальную политику нашей власти, о которой писал в прошлом номере «ТП». Повторю: есть опасность, что суммарно выплаты, обещанные в послании президента, и прибавки, весьма сомнительные, от нацпроектов могут оказаться меньше фискальных изъятий. 

Расклад простой. Соцвыплаты – целевые, довольно узким группам населения; а налоги, прямо или косвенно, через подорожавшие товары и услуги, ударят по каждой семье. Ну куда еще задирать фискальную нагрузку, если работающий человек отдает государству вовсе не 13%, а с учетом отчислений в разные соцфонды 43%. А недавно Александр Аузан, декан экономфака МГУ, обнародовал результаты исследований, подкрепленные данными PricewaterhouseCoopers: оказывается, с каждого заработанного рубля государство забирает в среднем 48 коп. Пять процентов к 43-м добавляют скрытые пошлины, акцизы в ценах товаров и прочие особо не афишируемые довески. И как Европа, где средняя налоговая нагрузка 34,2%, довольствуется этакими грошами? 

Огорчу читателей: предстоит снижение налогов на отрасли ТЭК: в недалеком будущем сократится спрос на нефть и нефтепродукты, так что к этому сильнейшему удару следует готовиться заранее и комплексу, и бюджету. А наша «новая нефть», говорит Максим Авербух, директор Института прогнозирования конъюнктуры сырьевого рынка, – население и несырьевые отрасли. Им-то и предстоит нести тяжесть налогового маневра. 

Но собранными налогами надо еще и разумно распорядиться. Однако недавний опрос ФОМ показал: 62% респондентов – это максимум с 2004 г. – утверждают, что деньги казны расходуются неправильно. В качестве примеров 12% участников опроса называли «распил бюджета, воровство, нецелевое использование, откаты», «отмывание денег на всем»; 7% упоминали «чрезмерную помощь другим странам»; 6% – «завышенные расходы на содержание госаппарата и чиновников». Причем более трети опрошенных уверены, что злоупотребляют сегодня чаще, чем пять-шесть лет назад. А вот здравоохранение и образование, по мнению 55% и 47% респондентов соответственно, власти финансируют слишком скупо. Как и социальную помощь с ЖКХ – на это указывают 35% и 28% граждан соответственно. 

«Левада-Центр» в конце января спросил россиян об отношении к старому и новому правительству. Абсолютное большинство (74%) считает, что прежнее не улучшило положение дел. К новому кабмину отношение весьма сдержанное: на улучшения надеются около трети россиян. Но почти половина опрошенных (46%) уверены, что ситуация в стране не изменится. 

Тем не менее у людей остались крохи оптимизма, когда они отвечали на вопрос социологов, что ждут от 2020 г.? Так, если год назад 57% готовились к экономическому кризису, то нынче лишь 49% опрошенных опасаются его в наступившем году. На 11% меньше прогнозирующих вооруженный конфликт России с кем-то из соседей. Войны с США и НАТО в начале 2019 г. ожидали 19%, сейчас – 14%. 

Правда, оптимизму пока не на что опереться, комментируют социологи. Декабрьский опрос фонда «Общественное мнение» показал: у трети семей за последний год ухудшилось материальное положение, у половины осталось прежним. Не удивительно, что, по данным опроса «Левады», почти так же часто, как год назад (45% против 44%) респонденты ждут массовых волнений и протестов. Еще чаще, чем в 2019-м (66% против 62%), предвидят громкие коррупционные скандалы. 

Ну а премьер Мишустин отметился лишь повышением с 1 января выплат на 3% военнослужащим и силовикам. Для них индексируются также страховки, единовременные пособия, ежемесячные компенсации и прочие выплаты. Любопытно сравнить со щедротами власти другим группам людей. Ежемесячные выплаты инвалидам 1-й группы с 1 февраля вырастут на 114 руб. – до 3897 руб.; инвалидам 2-й группы и детям-инвалидам – на 81 руб., до 2783 руб.; инвалидам 3-й группы – на 65 руб., до 2228 руб. Да, еще на 178 руб. увеличат «похоронные» (со смертью пенсионера) – до 6124 руб. 

Словом, в отличие от оптимизма в кредит для скептицизма есть вполне предметные основания. По оценке аналитиков Райффайзенбанка, в пересчете на доллары покупательная способность населения остается на уровне 13-летней давности, и как двигатель экономики она последние 8 лет не работала. Этому двигателю есть с чего если не глохнуть окончательно, то бесконечно чихать: по данным Аналитического центра НАФИ при правительстве, каждый второй работник не ждет в этом году увеличения зарплаты, а значит, и особой мотивации повышать производительность труда. Примерно каждый пятый уже и так работает на пределе возможностей, а каждый третий будет готов к трудовым подвигам только в том случае, если ему повысят оклад в 1,5-2 раза. Если верить заявлению Зюганова в ГД при утверждении Мишустина в должности премьера, в себестоимости товаров сидят 60% налогов и лишь 10% – зарплата. При таком раскладе ничего нельзя производить, напутствовал лидер коммунистов нового главу кабинета министров. 

Между тем в последнюю неделю января расходы резко, на 8,2%, пошли вверх, приводит данные исследовательский холдинг «Ромир». Впервые с 2015-го упали продажи одежды и обуви, а вслед за ними – и оборот рынка на 3-4%, вернувшись на кризисное «дно» 4-летней давности. На одежде экономили 56% россиян, на развлечениях – 52%, на отпуске – 34%. А физический объем потребительских расходов домохозяйств увеличился на 2,3% «преимущественно на кредитах». Добавленная стоимость финансового сектора растёт с завидной скоростью: на 9,7% в 2019 г., хотя его доля в ВВП – лишь 4%.Таким образом, итожат аналитики, опасность кризиса, о чем предупреждал экс-глава Минэкономики Орешкин в связи с резким торможением выдачи кредитов, можно считать реальной. Словом, от перемены мест слагаемых сумма грозит уменьшиться. 

Ну а что же экономика, на ускоряющийся рост которой все надежды возложила власть? План ускорения до темпов выше мировых по итогам прошлого года перевыполнен, отчиталось Минэкономразвития, ВВП прибавил 1,4% – на 0,1% больше заложенного в «план достижения национальных целей развития». Однако начальник управления аналитики Промсвязьбанка Николай Кащеев остудил пафос ведомства: «Говорить о росте не приходится: для развивающейся экономики цифра меньше 2% означает ноль». За год Россия более чем вдвое отстала от мирового роста и в 2,5 раза – от развивающихся стран. 

Оценки Кащеева на прошлой неделе подтвердил даже Росстат: годовой рост ВВП – 1,3%. То есть, если учесть инфляцию, экономика не выходит из минуса. Причем львиную долю обеспечил спрос не на товары, как я уже писал, а на финансовые услуги. И особенно аналитики отметили оговорку статистиков: валовое накопление выросло на 1,4% «в основном за счет прироста материальных оборотных средств, обусловленного значительным увеличением незавершенного производства». Иными словами, в конце года из- за низкого спроса компании не только создавали чрезмерные запасы, работая на склад, но и просто замораживали производство. 

Эксперты считают, что в ближайшие 30 лет экономика будет столь же турбулентна, как и в предшествующие. «За последние 20 лет накопленная инфляция составила более 550%, – объясняет финансовый аналитик «БКС Премьер» Сергей Дейнека. – Чтобы нейтрализовать инфляционное воздействие, понадобится 8−10% ежегодного роста экономики, а на безбедную и независимую старость человека – доход 300 тыс. рублей в месяц». Вот и подумайте, реально это или нет? 

Самое печальное в том, что власти прекрасно знают причины коллапса. 

– Производительность труда в России по итогам 2015 года была в два раза ниже, чем в странах ОЭСР, – отмечал в 2016 г. экс- премьер Медведев. – Мы вкладываем много сил, времени, а на выходе результаты весьма средние». И назвал причины: «Это происходит из-за низкой конкуренции, технологического отставания, нехватки инвестиций и административных барьеров». 

Обратите внимание: о санкциях – ни слова! 

Что с тех пор изменилось? В 2017 г. производительность труда выросла на 2%, в 2018-м – только на 1,5, а в прошлом и того меньше – на 1,2%. «В значительной степени рост производительности – вопрос технологий», – подчеркивает главный экономист Альфа-банка Наталья Орлова. И что? Доля высоких технологий, а также их вклад в ВВП упали до уровня 2015 г. Причины опять же известны из январского анализа ЦБ: это дефицит дополнительных инвестиции в обрабатывающие отрасли. В 2016-18 годах они выросли лишь на 0,9%. Ничто! 

Мне кажется, одну версию ответа можно найти в книге «Охота на банкира» Александра Лебедева, основателя крупного Национального резервного банка, щедрого благотворителя и до недавнего времени – владельца «Новой газеты». 

«По моим подсчетам, – пишет Лебедев, – за последние 10 лет из преднамеренно обанкроченных российских банков (вспомнили челябинских псевдобанкротов? – И.О.) было украдено более 100 млрд долларов… Весь экспорт вооружения и сельхозпродукции из России в 2015 году составил 31 млрд долларов, а прибыль от него не превысила нескольких миллиардов. Возврат похищенных капиталов – это чистые поступления в казну… доходы были бы сопоставимы с экспортом углеводородного сырья…». 

Репатриация незаконно выведенных капиталов, убежден Лебедев, должна стать одной из приоритетных задач государства. Меры, принимаемые Генпрокуратурой России в этой сфере, недостаточны. В 2015 году в страну возвращено всего 6 млрд рублей (менее 20 млн долларов США) из официально зафиксированных «на выходе» 28 млрд. 

Лебедев приводит в пример США: «За последние 10 лет американская прокуратура под угрозой уголовного преследования добилась от ведущих мировых банков перечисления в госбюджет более 350 млрд долларов в рамках внесудебного урегулирования – за укрывательство налоговых уклонистов, участие в аферах, нарушения режима санкций и пр. Чем мы хуже?» 

Я думаю, у читателей на этот вопрос есть свой ответ. Во всяком случае, веспасианова присказка, что деньги не пахнут, жива. 

Власти пропагандируют целительность поправок в Конституцию РФ. Встречаясь на прошлой неделе с общественностью Череповца, президент Путин так ответил на вопрос о их необходимости: «Просто за время моей работы в качестве президента и председателя правительства для меня стало очевидным, что некоторые вещи не работают так, как должны работать…». Для этого потребовалось 20 лет? В качестве примера президент рассказал о том, что к властной вертикали будет пристегнуто, а по сути ликвидировано, местное самоуправление. В нормальных странах МСУ – краеугольный камень государства, а у нас, коли не сумели собрать этот камень из осколков, то решили лучше уничтожить. Видно, у России и впрямь особый путь. Только вот куда?

Игорь ОГНЕВ